Так что ни у электората, ни у государственного аппарата дилеммы не возникало. Все точно знали, кого следует поддерживать.
Электорату же на вопрос Козулина о деньгах Лукашенко мог ответить, широким жестом обведя вокруг себя и показав ледовые дворцы, заасфальтированные дороги, напомнив о выплачиваемых пенсиях и зарплатах, о кредитах на жилье. Вот где они, деньги — в землю закопаны, в виде подачек выплачены. А госаппарату и того говорить не нужно было: эти ребята все просто замечательно понимали и не хуже Лукашенко знали, где эти самые деньги. Достаточно было выйти во двор, посмотреть на новые «туареги» и прочие кожей обитые «поджопники», чтобы счесть их достаточно честным ответом на поставленный вопрос.
Без неожиданностей
В общем, Лукашенко опять объявили победителем. Все как-то само собой сложилось: и Шейман во главе инициативной группы, и невнятный единый кандидат, и явное нежелание народа рисковать уже привычным, в общем-то, благополучием…
Неожиданность
Знаете, есть такая формулировка — «цвета детской неожиданности»? Для характеристики совершенно конкретного цветового оттенка. Вот и вся эта предвыборная кампания на этот раз оказалась для Лукашенко — цвета «детской» неожиданности.
Как в момент объявления о назначении референдума в день бесланского траура на Октябрьской площади в центре Минска нашлось несколько молодофронтовцев во главе со Змитром Дашкевичем, крикнувших:
— Ганьба! —
как приговор всей предвыборной кампании вынесли — так и сейчас, 20 марта, молодежь «поднесла неожиданность» прямо под носом у будущего президента.
Она собрала Площадь.
Почему? Как? Их ведь запугивали, как могли. Председатель КГБ Степан Сухоренко лично объявлял о готовящихся террористических актах (кстати, так ни об одном широкой общественности и не поведали). В аэропорту задержали граждан Грузии, летевших поддержать оппозицию (кто же знал, что Лукашенко и Михаил Саакашвили уже через два года станут лучшими, можно сказать, друзьями?). Но — два кандидата собрали площадь народу посреди нежданного мартовского снега.
Выступили. Честно сказали: выборы не признаем.
Потом сказали: пойдем, положим цветы к Вечному Огню — и вернемся на площадь завтра.
Но молодежь пришла на площадь не цветы возлагать.
Была революция роз в Тбилиси.
Был Майдан в Киеве.
В 2001 году в Минске ничего не было. В Доме профсоюзов тогда сидела группа поддержки Гончарика — немногочисленная, не знающая, что делать и зачем делать. Да и штаб кандидата призвал:
— Только без эксцессов!
Вот теперь минская молодежь пришла делать свою революцию. А ей опять предложить уйти спать.
Революция не делается с перерывом на сон и на обед.
Молодежь не ушла.
Откуда-то взялись палатки. Немного. Не те, утепленные, что задержали намедни на границе с Латвией. Обычные. В Минске люди еще ходят в походы. Правда — летом.
Днем народ начал подносить термосы с чаем и бутерброды.
Поэты и барды сидели в палатках и пели песни. Журналисты вели оттуда репортаж. Молодежь выражала протест, не прибегая к насилию.
Их хватали — но до поры не осмеливались разогнать. А потом поняли: да, палатки стоят. Но днем людей в них становится все больше и больше. Ночью дежурившие — днем отдыхают. А на следующую ночь их становится больше. Просто потому, что эта власть — им не нравится.
И так — с 21 по 24 марта.
Хватали без устали. Более ста человек — поначалу. Примета проста: вышел из метро «Октябрьская», нес колбасу и термос. Значит, идет принимать участие в несанкционированной акции протеста. Достаточный повод.
А 25 марта площадь должна была быть чистой. Впереди — инаугурация.
Потому 24 ее разогнали. И был «хапун». Даже международные наблюдатели не остановили.
Говорят, тех 500 человек, кто столкнулся в тот раз с белорусскими правоохранительными органами, били сильно. Не так, как потом. И сроки были — административные. Уголовный получил только Александр Козулин.
Чтобы неповадно было.
Он — понял. Слишком дорогую цену пришлось заплатить. Не свободой заплатил. Жизнью любимого человека.
Другие — как показало время — не поняли.
Последствия
Седины у Лукашенко прибавилось.
И вместе с сединой усилился страх. Лукашенко понял: ничего не закончилось с инаугурацией. Все только начинается.
2010 ГОД. СМОЖЕШЬ ВЫЙТИ НА ПЛОЩАДЬ?
На президентских выборах 2010 года все настолько верили, что ничего не произойдет, что никто ни к чему особенно и не готовился. Каждый исполнял свою партию. А в результате получился трагический балет с поседевшим солистом и избитым коллективом на подтанцовке.
Старт
