– Все это очень интересно, но надо к микробиологии готовиться, – пришла к выводу Наташа, лениво растянувшись на кровати.
Сегодня они не приступили у подготовке, и завтра этого не случилось. Как всегда в самый последний день девчонки взялись за конспекты. Кое-как сдав экзамен на слабые четверки, они приступили к подготовке экзамена по фармакологии. Здесь Лизе было гораздо проще, она всегда хорошо успевала по этой дисциплине, а вот Наташа получила лишь тройку, которая перечеркнула все её мечты об отдыхе в Барселоне.
Перед красивыми серебряными воротами стояли двое: Смерть в новом невообразимо скучном костюме тёмно-синего цвета и Кристенсен, решивший нарядиться в белую мантию и такого же цвета брюки с золотистой тесьмой.
– Ты не мог одеться поприличнее?
Кристенсен взглянул на босса с непониманием:
– Хочу соответствовать здешним обитателям.
– Что за ерунда такая? В небесной канцелярии не рядятся в клоунские платья.
Смерть хотела было постучать, но решётки само собой распахнулись.
– А нас ждут, – ухмыльнулся Кристенсен, шелестя мантией.
Небесная канцелярия встретила гостей унылым пейзажем высоких домов то ли розового, то ли лилового цвета. Типовые семиэтажные здания с башенками тут были повсюду. Кристенсен глянул под ноги: дорогу разглядеть оказалось невозможно. Он шёл словно по мягкому ковру, похрустывающему, как снег на морозе.
– Ангелы здесь от скуки маются, – решил Кристенсен. – И тишина такая зловещая стоит… Может, они умерли?
Смерть, не удостоив демона ответом, ускорила шаг и, пройдя чуть дальше зарослей высоких кустов с яркими розовыми цветами, постучала в дверь ближайшего здания с неимоверно высокими окнами.
Никто не кинулся открывать, тогда Смерть постучала ещё и ещё. И, наконец, по ту сторону двери послышались неторопливые шаги. Смерть тут не ждали, а точнее не хотели видеть. Здешние обитатели были высокого мнения о себе, а существ с адской земли презирали, негласно считая их врагами, занимающими слишком большую территорию в огненной земле.
– Ах да, меня предупреждали, что вы явитесь, – вместо приветствия сказал худой мужчина в костюме, похожем на доспехи. Он направился вверх по ступенькам и проводил Смерть и Кристенсена в небольшую светлую комнату, где сидели четверо: некто, похожий на мужчину, но вырядившийся в кринолины, остальные более-менее выглядели сносно, но их странные костюмы резали глаз. Кристенсен ухмыльнулся, только увидев, что обитатели воздушных замков неравнодушны к мини, беспорядку на голове и тонне грима на лице.
– Создателя здесь нет. Он занят на средней земле. Знаете ли, войны и прочая ерунда… – скучающе зевнул тот, кто был в платье. Как понял Кристенсен, существо в платье являлось главным. – Он недоволен твоей работой, Смерть. Ты не справляешься.
– Может быть, дело в душах, которые ты бессовестно отправляешь мне, мотивируя свои действия тем, что в раю мало места? Как я посмотрю, места у вас достаточно.
Лицо существа в платье даже под слоями грима побагровело.
– Да как ты смеешь говорить со мной в таком тоне?
– Мы с тобой равные по чину, и я могу говорить в любом тоне, в каком посчитаю нужным, – твёрдо заявила Смерть, нагло усевшись в кресло, стоящее возле окна.
Дальше Кристенсену предложили осмотреть замок и выпить вина, дав понять, что его присутствие на переговорах нежелательно.
Кристенсен не возражал, у него не имелось желания выслушивать обмен любезностями между Смертью и ангельскими созданиями, если таковыми их можно было назвать.
Тремя этажами ниже Кристенсен заметил давнего знакомого. Длинноволосый блондин с зелёными глазами сидел в маленьком кабинете с кипами бумаг на столе.
– Нефилим? Какая встреча! – без разрешения вошёл Кристенсен в кабинет.
Блондин, не подняв глаз, ответил:
– Знаешь ли, работы полно. Не могу позволить себе постоянно скитаться по средней земле, как ты делаешь.
– Удачная ирония, – хмыкнул Кристенсен и взглянул на листовки, которые подписывал нефилим. Готовые бланки, брошюры и даже книжки взмывали в воздух и вылетали в открытое окно, потом ныряли в воздушные облака, чтобы приземлиться в какой-нибудь людской издательской или иной конторе.
– «Ад и рай», «Ангелы и демоны», «Иерархия ада», – читал Кристенсен заголовки. – Хм, значит, люди с вашей подачи считают демонов чудовищами с копытами и рогами, варящих грешников в котле после смерти? А вы, получается, такие светлые и добрые создания с нимбами на головах? Как мило.
Кристенсен рассмеялся до слёз.
– Это же информационная война между нашими мирами, – сказал он, возвращая листовку нефилиму.
– Это политика двойных стандартов. Нас с тобой не касается.
– Но ты ведь хороший, да? Почти ангел, только крылышек не хватает и нимба над головой, – благоговейно произнёс Кристенсен. – Зло и добро придумано не случайно? Оно навязывается людям, которые почему-то не понимают, что нет плохих демонов, как и нет хороших ангелов. Просто есть ангелы и демоны, которые хотят помочь людям, а есть те, которым на людей в принципе плевать. А ты хороший, нефилим, ответь мне? Сколько рефилимов ходят по средней земле из-за твоей неуёмной тяге к людским женщинам?
