Раздался громкий звук работы пускового механизма, компьютерный голос из динамиков попросил пассажиров приготовиться к запуску. Прозвучал хлопок, и Менке ощутил резкий разгон, от которого вжало в кресло, будто капсула пробивалась наверх сквозь стратосферу. Гиперлуп напоминал о наивной детской мечте стать космонавтом. Правда, к звёздам он хотел улететь вместе с женой, но где ж её найти, да ещё такую, которая согласилась бы отправиться в космос.
Полетела бы с ним Зевана? А Лада?
Менке не знал. Но сейчас это неважно. Перегрузка отпустила, и он мчался навстречу своему давнему сопернику, единственному человеку, от которого хотел держаться как можно дальше, — Дену Унаги.
Хлёст ремня раскатился по комнате хлопком хлыста.
— Обоссанный соплежуй! — громогласно прокричал отец. — Ни на что не способная тряпка! Я тебе покажу, что значит сила, недомерок!
Менке зажался в углу, закрывшись руками, которые уже жгло от нескольких принятых ударов. Из глаз текли слёзы, а из носа — сопли, и от этого оскорбления отца звучали ещё обиднее, потому что сейчас выражали правду. Менке получал за то, что отказался проводить дополнительный спарринг со специальным роботом. А ведь если он хотел в будущем стать чемпионом боевых искусств, всегда побеждать и сохранять отличную физическую форму на протяжении жизни, то тренировки должны занимать большую часть его дня. Но сегодня Менке так устал после занятий с Карамото-сенсеем, что чуть ли не спал на ходу, а впереди ещё ждало домашнее задание в школу на завтра. Но всё казалось мелким и незначительным по сравнению с грозной фигурой отца, нависшей над ним, подобно разгневанному божеству, и бьющего его ремнём, точно мечущего молнии.
— Пять! — закричал Армен.
Вновь взметнулся кожаный кнут и огненным ударом обжёг предплечье. Менке вскрикнул от боли и вздрогнул от громкого звука.
— За отказ от тренировки всё, — уже спокойным голосом сказал отец. — Но раз ты такой плакса, тебе полагается ещё три удара. В следующий раз подумаешь, прежде чем нюни распускать. Раз!
И всё продолжилось заново. Никакие молитвы не могли остановить Армена Рамаяна, когда он решительно нацелился наказать сына за слабость — то, что ненавидел в нём больше всего на свете. Он мог бы простить тупость, невежество, уродство, но только не то, что Менке хоть немного смеет себя жалеть.
— Два!
Боль сына не отзывалась в нём ничем. Напротив, казалось, что Армен наслаждается процессом, выкладываясь по полной, и каждый удар приносил радость, поскольку он воображал себя экзорцистом, изгоняющим из чада вредных бесов.
— Три!
Менке вскрикнул в последний раз и затих, только периодически всхлипывая. Изо всех сил он старался сдержать слёзы, чтобы не заработать ещё несколько ударов. А то вдруг отец подумает, что сын ещё недостаточно наполнился силой после такой порки? Но Армен, похоже, не собирался продолжать, потому что опустил руку с ремнём и, вроде как, успокоился.
Менке воспользовался возникшей паузой, быстро вскочил и ловко прошмыгнул мимо отца.
— А ну стой, паршивец! — крикнул тот.
Но Менке уже со всех ног нёсся по квартире в поисках спасения. Он залетел в первую попавшуюся на глаза комнату и закрыл за собой деревянную дверь на замок, который открывался только с внутренней стороны. Следом в дверь прилетел мощный отцовский удар, от которого сотряслась земля.
— Щенок! — орал Армен. — Ничего, рано или поздно ты оттуда выйдешь.
Раздались тяжёлые удаляющиеся шаги, и Менке облегчённо вздохнул. Скорее всего, к вечеру отец уже обо всём забудет — так всегда и происходило. Армен Рамаян быстро вскипал, но так же быстро остывал. Нужно лишь подождать.
— Он ушёл? — раздался тонкий голос Нане.
Менке обернулся и увидел, как она опасливо выглядывает из-за кровати. Нане всегда пряталась там, когда отец не на шутку расходился. Он кивнул, и она вылезла из своего укрытия. Нане села на кровать по-турецки, и устало вздохнула.
— Раньше он так не кричал, — сказала она. — Не знаю, чем ты его так бесишь.
— Своим существованием, — сказал Менке и еле сдержал готовый вырваться всхлип. — Надоело. Однажды я сам ему наваляю по первое число, вот увидишь.
— Жду с нетерпением.
Менке сел рядом с Нане, и та обняла его, положив голову на плечо.
— Ты вырастешь сильным, я в этом уверена.
— Это именно то, чего папа и добивается. Ненавижу его. Хочу вернуться к маме.
— Понимаю.
— Я могу поделать уроки тут?
— Конечно. Я свои уже сделала.
Менке включил компьютер, вошёл в систему под своим логином и засел за домашнее задание. Математические и физические задачи, параграфы по истории, правила русского и английского языков, строки «Алых парусов» Александра Грина — всё это отвлекало от навязчивых и неприятных мыслей. Менке нравилось учиться, ему доставлял удовольствие сам процесс получения новых знаний. Это словно открытие новых планет или распутывание сложной детективной загадки.