Пять огласительных бесед полностью

6. Погружательное Крещение. Одним из самых болезненных и грубых нарушений при совершении Таинства Крещения является совершение его через обливание, или даже окропление, без всякой видимой причины. Из‑за этого искажения многие сотни христиан пребывают в смущении относительно действительности своего духовного рождения. Многие из‑за этого причащаются в суд и осуждение. Десятки расколов спекулируют на этом искажении, утверждая, что многие христиане, в том числе и епископы, на самом деле некрещеные. Преступная лень и безразличие священников вызывает конфликт между Поместными Церквами. Элладская и Синайская Церкви и святая Гора Афон сомневаются в действительности обливательного (а тем более окропительного) Крещения, а наши требоисполнители не желают поставить в храмах простую бочку! И это несмотря на то, что Святейший Патриарх (а вместе с ним и многие архиереи) уже больше пятнадцати лет ежегодно (!) требуют крестить исключительно погружением! Но „обливатели“ дерзко утверждают, что никакой разницы, как крестить, нет, это якобы „обрядоверие“, совершенно безразличное для сущности Таинства. Им безразлично мнение и слова Божьи, и Предание Церкви, и постановления собственного священноначалия. Пожалуй, только применение канонических санкций за наглое нарушение воли правящего архипастыря способно изменить это положение. Что же касается действительности обливательного Крещения, то те, кого мучает этот вопрос, должны решить его у правящего архиерея в конкретном своем случае. Ведь именно епископу принадлежит судебная власть в своей епархии.

Но пора показать обоснование истинного способа совершения Таинства. Само троекратное погружение прямо требуется Словом Божьим. Господь наш Иисус Христос принял Крещение через полное погружение в воды Иордана. Не случайно Евангелие говорит: „И когда выходил из воды, тотчас увидел Иоанн разверзающиеся небеса и Духа, как голубя, сходящего на Него“ (Мк. 1, 10; Мф. 3, 16). Само слово „крещение“, употребляемое и в Евангелии (греч. βάπτιση — „погружение в воду“), буквально означает „погружение“. Поэтому утверждение „погружение совершилось через окропление“ звучит абсурдно. Мы знаем, что святые апостолы, получив заповедь крестить все народы (Мф. 28, 19), совершали Таинство именно через погружение. Об этом свидетельствует и пример св. Филиппа, сошедшего вместе с евнухом в воду для Крещения (Деян. 8, 38). Когда сторонники обливания ссылаются на то, будто в день Пятидесятницы апостолы не могли погрузить три тысячи человек (Деян. 2, 41) и потому обливали новообращенных, то они совершенно не правы. Дело в том, что в каждом иудейском доме была миква (бассейн) для ежедневного ритуального омовения. На Сионской горе найдены остатки десятков микв, в которых, видимо, и было совершено это первоначальное Крещение.

Не случайно именно такой способ Крещения, как канонический, регламентируется правилами. Пятидесятое правило святых апостолов гласит: „Если кто, епископ или пресвитер, совершит не три погружения единого тайнодействия, но одно погружение, даемое в смерть Господню: да будет извержен. Ибо не рек Господь: в смерть Мою крестите, но: шедше научите все народы, крестя их во имя Отца, и Сына, и Святого Духа“. Также 91 правило св. Василия Великого прямо называет обычай троекратного погружения тайным апостольским преданием. Нарушение этой нормы еретиками согласно 7 правилу II и 95 правилу VI Вселенских Соборов было достаточным основанием для их перекрещивания. Действительно, и Предание Церкви, и каноны (7 правило Неокесарийского Собора) предполагают возможность в исключительных (и только исключительных) случаях крестить человека через обливание. Но любая попытка нормализации этого явления отторгается Церковью как неправомыслие. Самым ярким примером этого являются постановления Константинопольского Собора 1755 года (до сих пор действующее на Афоне) и Московского Собора 1620 года, отвергающие действительность латинского Крещения именно из‑за нормализации Римом обливательного или даже окропительного Крещения.

Не случайно Окружное Послание Восточных Патриархов 1848 года называет введение кропления вместо погружения „гнуснейшим исчадием“ филиоквистской ереси и „новизной, противоречащей Евангелию“. Точно так же все российские противокатолические труды обличают это нововведение Западной церкви как неправославное. Преподобные отцы — колливады (Никодим Святогорец, Макарий Коринфский и другие) именно из‑за окропительной формы Таинства не считали возможным признать католиков и лютеран крещеными.