За Ингвильд часто ухаживали, и ухаживали по-разному. Собственно, было б странно, если ее, Чистильщика, не попытались вывести из строя самым простым способом.
Все возможные и невозможные стечения обстоятельств, “случайные” встречи, кричащая романтика и зелья любви в еде… о, она повидала достаточно, чтоб понять для себя одно — настоящей любви среди драконов ей никогда не встретить.
И потому она смотрела на букет, лежащий на крыльце, крайне враждебно. Что ж, для дракона, которого принудили за ней приударить это будет той ещё пыткой, а для нее очередной игрой в терпение.
Не может же она убить кого-нибудь просто за букет. А, поправочка — за два букета.
Девушка ядовито улыбнулась и пнула цветы, скидывая их на землю. Если б их действительно собирали для нее с душой, то возможно ей стало самую малость жаль, но Ингвильд прекрасно понимала, что этот безвкусный веник нарвали из-под палки и швырнули ей на порог, приговаривая: “Да чтоб ты подавилась!”.
И потому никакой сентиментальной жалости, никакого сожаления.
Она достала из пространственного хранилища список жителей и подробную схему селения.
Первым делом осмотрит двести жителей, а после наведается в тюрьму к зараженному. Ну а потом… можно будет немного поиздеваться над вождем. Все же месть — это святое.
И пусть по свой природе она мстительной не была, но как Чистильщик знала — некоторые вещи нельзя спускать с рук.
Девушка спустилась с пригорка, на котором стоял ее дом, снова развернула карту и скривилась. Три тысячи драконов. Если все пройдет гладко, она уложится в сроки. В среднем ей нужно осмотривать примерно сто голов в день, но список жителей сильно задержали, да и драконы никогда охотно на контакт не шли.
Эх, будь здесь ее отец, все прошло куда легче — Гривель сильный, ему не нужно уговаривать драконов пройти осмотр, он просто побьет несговорчивого, и дело с концом. Ингвильд же на подобное пока не хватало мастерства и смелости — вдруг она не рассчитает силу и случайно убьет?
Девушка поправила ножны, так, чтоб меч было заметней, и достала кинжал, вертя его между пальцев. Что ж, у нее, в отличие от отца, была немного друга тактика — запугивание.
Конечно, подобное имело и обратную сторону и особо пугливые истерично отказывались проверяться на Арамар, но большинство молчало и не препятствовало.
Все же, когда перед тобой стоит Чистильщик в полном снаряжении, готовый в любую минуту тебя убить и ничуть этого не скрывающий… как-то не сильно хочется пререкаться. Да и Чистильщик-дракон намного сильнее, чем ее коллеги других рас. Так что сопротивление, по сути, бесполезно.
Первые четыре дома прошли гладко. Ребенок описался от ужаса, пока она его проверяла, одна старуха потеряла сознание, и Ингвильд едва не вскрыла горло буйному подростку — тот, как дикий, прыгнул на нее с лестницы, надеясь оглушить ее сковородкой.
Но четвертый дом… О, Ингвильд поняла, что это будет непросто, стоило хозяевам открыть дверь.
Натянутая улыбка Ингвильд непроизвольно превратилась в оскал. Вот везение-то. Наткнуться на эту дикую драконицу в первый же день нормальной работы.
Из дверного проема на нее не мигая глядела Шинара, та самая женщина, что закатила скандал на пирсе, когда Чистильщик только прибыла.
— Убирайся отсюда, дрянь! — прошипела Шинара. Ингвильд отстранённо подумала о том, что больше нет на свете ругательств, которые бы она ещё не слышала в свою сторону.
Эти драконы такие простаки.
— Не хочу. — и скрестила руки под грудью, — Да и у вас нет права мне отказывать. — Шинара стиснула зубы. Она и сама прекрасно знает свои права!
— Мама, мама, кто это? — маленький драконенок дернул Шинару за подол юбки и тыкнул пальцем в сторону Чистильщика, — Это та ведьма, которая ест непослушных детей, да? — испуганно вырвалось у ребенка, — Но мамочка, я же слушался! Я был очень хорошим мальчиком! — женщина ласково погладила сына по голове прежде, чем он успел расплакаться.
Ингвильд отстраненно наблюдала — если вмешается сейчас, не дав этим двум договорить, то потом эта драконица только ещё злее станет.
— Да мой хороший. — кивнула Шинара, отгораживая сына от Ингвильд, — Беги в дом, если будешь долго смотреть на нее, заразишься злыми мыслями. — стоило ребенку их покинуть, как женщина метнула презрительный взгляд на Чистильщика, — А ты даже не думай касаться моего дитя своими руками, замаранными в крови. — у девушки от этих слов непроизвольно вырвался смешок. Да, вот это предъявы.
— Осмотр проводиться не потому, что я или вы этого хотите. Это приказ императора. А за неподчинение грозит казнь. — как бы между делом поведала Ингвильд самым будничным тоном, — Я покрывательством не занимаюсь. — и посмотрела Шинаре прямо в глаза, — Вы ведь не желаете, чтоб ваши дети остались сиротами. — и то ли все драконы, выросшие в мирной обстановке, туполобые, то ли Ингвильд не умеет объяснять, но женщина поняла явно не то, что девушка имела в виду.
