— Да-а, положение неприятное, — вздыхала за дверью Тамарка. — И не знаю что предпринять. Эта дурочка запросто может позвонить в милицию.
«Это она обо мне?»
— А давай её подкупим, — предложила Татьяна.
— Нет, это вряд ли выйдет.
— Но ты же сама говорила, что у неё руки загребущие. Неужели на приличный кусок не позарится?
— Нет, не позарится. Она у нас местами слишком идейная. Вроде нормальная-нормальная, а потом как вскочит ей что-то в голову, ну и клинит. Тогда она и давай говорить о чести.
«Ах, она моя умница, — с теплом подумала я о Тамарке. — Я действительно очень люблю о чести поговорить. Как приятно слышать правду про себя. Вот что значит настоящая подруга!»
— Её легче убить, чем уговорить, — со вздохом заключила Тамарка.
— Слушай, — обрадовалась Татьяна. — Это же идея! Точно, давай под шумок грохнем её и все концы в воду. А потом спокойно похороним Фроку.
Тамарка задумалась.
Надо же, она ещё думает! Ей предложили такое, а она ещё думает! Ха! Подруга!
— Нет, — с глубоким сожалением сообщила Тамарка, — убивать опасно. Её Женька в два счета расколет нас. Он же знает, куда она пошла.
Я чуть не задохнулась от возмущения под этой дурацкой дверью.
«Ха! Мой Женька! И это единственное, что её останавливает, — подумала я. — После стольких лет дружбы!»
— А по-моему, ты слишком преувеличиваешь опасность, — рассердилась Татьяна. — Ну если боишься, хочешь, я сама её грохну?
Меня мороз продрал по коже, а Тамарка опять задумалась. Нет, если и дальше так пойдёт, я выскочу из-за двери и сама их убью!
— Лучше свяжем её и пускай полежит, может одумается, — предложила Тамарка.
— А я считаю, что лучше убить и не морочить себе с ней голову.
Да что же эта Татьяна так невзлюбила меня? Все убить да убить!
— Если уж кого убивать, — сказала Тамарка, — так лучше Полину. Очень ненадёжный она человек. Сейчас придёт домой, и все выложит мужу.
— Точно! Тогда мы все погорим!
— Надо грохнуть Полину, — подытожила Тамарка.
— И Зинаиду, — добавила Татьяна. — У неё акций больше всех.
— Больше всех акций у меня, — напомнила Тамарка. — Этак вы и до меня доберётесь.
— До тебя нельзя, — посетовала Татьяна, — тогда компанией управлять будет некому, а вот Зинку-пензючку надо завалить. Я давно на неё зуб имею. Прикинулась дурочкой, ах, она вся в науке. Фрока, козёл, всегда её больше всех жалел, считал, что она беспомощная.
— Без всяких на то оснований, — вставила Тамарка. — Все, точно, пришьём и Зинку.
— Тогда уже и Изабеллу. Эту я вообще ненавижу. Никогда ей десять процентов не прощу. Грохнем и все акции будут только у нас. И свидетелей меньше. Что знают трое, то знает свинья, — заключила Татьяна.
— А где мы их грохнем?
— Да там же, на даче. Сначала Фроку похороним, а следом и их. И шито-крыто.
«Да что же это такое? — коченея за дверью, подумала я. — Что же это за злодейки? Всех хотят грохнуть, а меня связать!»
И я понеслась на кухню.
— Вы, глупые, здесь сидите, — вбегая закричала я, — а там Тамарка и Татьяна планы строят, вас всех убить хотят!
На кухне с грустинкой в глазах сидела одинокая Зинаида. Вид у неё был неважнецкий: праздничное платье лопнула по швам, парик совсем полысел, очки сидели как-то косо.
— А где остальные? — опешила я, после всего услышанного опасаясь уже буквального всего.
— Полина в ванной, а Изабелла в туалете, — прикуривая от конфорки и придерживая спадающие очки, флегматично сообщила она.
Я понеслась разыскивать Полину и столкнулась с ней в коридоре. Нос её был подозрительно красен.
— Что случилось? — спросила я.
— Эта дура дала мне по носу и пошла кровь, — пожаловалась Полина.
— Эта дура? Которая из них? — спросила я.
— Изабелла, — хлюпая носом, ответила Полина.
Из туалета вышла очень потрёпанная Изабелла.
— А кто дал мне в глаз? — спросила она.
Полина потупилась.
Мы пошли на кухню.
— Вот вы здесь дерётесь, — шёпотом сказала я, — а там уже состоялся заговор.
— Какой? — хором спросили Зинаида, Полина и Изабелла.
— Татьяна и Тамарка задумали вас убить и завладеть всеми вашими акциями, — злорадно сообщила я.
— А тебя? — обиделась Полина. — А тебя они что, убить не захотели?
— Нет, у меня же нет акций. Меня они решили всего лишь связать.
— Я ей не верю, — заявила Зинаида.
— Пойдите, послушайте сами, — предложила я.
И они пошли.
Уж не знаю, что они там услышали, — нормальному человеку предположить трудно в каком русле потекла дальнейшая беседа двух злодеек — но только разборки начались серьёзные. Зинаида, Изабелла и Полина ворвались в спальную и, пользуясь численным превосходством, совершили нападение. Шум из спальной доносился невообразимый.
Я глянула на часы и испугалась: два часа ночи! Как быстро летит время!
— Девочки, — крикнула я, подкравшись к спальной, но не решаясь открывать дверь, — вы бы потише, а то соседей разбудите.
Девочки меня не слышали. Им было не до того.
Пользуясь этим, я приоткрыла дверь и заглянула-таки. Тамарка теснила Зинаиду в угол, но на её руке висела Полина. Татьяна же намертво схватилась с Изабеллой, но силы были равны и бой шёл с переменным успехом.
— Порядок, — обрадовалась я и, решив не дожидаться исхода сражения, отправилась в кухню.
