– Карл, мы выиграли тендер на пошив женской формы для римской дорожно-патрульной службы несколько месяцев назад! – возразила Карла. – Мы ждем твоих эскизов уже не первую неделю…
– Поэтому и нагрянули без предупреждения, – закончила фразу Анна.
– Я всегда вам рад, – ответил Карл, сопроводив свои слова нетерпеливым жестом. – Очень хорошо, что вы приехали. Кроме того, вчера вечером вы практически спасли мне жизнь.
Ошарашенные Анна с Карлой молча уставились на него. Они уже давно привыкли к чудачествам Карла: к бесконечным опозданиям; к тому, что приходится подбирать, разглаживать и складывать в папку выброшенные в корзину эскизы; к тому, что он лично отбирает моделей для показов, объясняя это тем, что некоторые лица его вдохновляют и заставляют лучше работать, и к тому, что он так и не прислал дизайн формы инспекторов ДПС. Дескать, на него не снизошло вдохновение, заявил он сестрам Фенди вскоре после того, как те выиграли муниципальный подряд.
Последнее обстоятельство и привело отчаявшихся Анну, Карлу и Альду в апартаменты Лагерфельда. Другого способа убедить его взяться за форму ДПС попросту не существовало.
– В каком смысле мы спасли тебе жизнь? – поинтересовалась Альда.
– Одна дотошная журналистка брала у меня интервью для местного канала… Сплошная мука. То, что она делала это через силу, читалось у нее на лице.
– Недостаток профессионализма, – прокомментировала Анна.
– Нет, моя дорогая! – возразил Карл, упав на диван. – Думаю, ее заставили. Она была вся на нервах и без конца подгоняла съемочную группу, лишь бы побыстрее убраться отсюда. В общем, вела себя так, будто ее оторвали от любимой работы и заставили заниматься чем-то другим.
Намек не остался незамеченным. Карла рассмеялась:
– Мы все поняли, Кайзер Карл. Но раз уж мы здесь, давайте поработаем.
– Раз уж вы здесь, давайте развлечемся. Жизнь-то одна, – заметил Карл.
– Ты прав. Хочу в казино! – воскликнула Анна. – Давайте отвлечемся хоть на пару часов, раз уж мы приехали в Монте-Карло.
Карл поднялся и подошел к Анне.
– Золотые слова, дорогуша, – сказал он, сжав ее ладонь в своих руках. – А куда делась твоя ассистентка? – спросил он Карлу.
Застигнутая врасплох этим вопросом, та нахмурила брови:
– Ты имеешь в виду Иду Де Санктис?
– Да, ту девушку с добрыми глазами, которая следует за тобой тенью, – ответил он. – Странно, что она не с вами.
– Ида ушла в декрет со вторым ребенком… Сейчас мне помогает ее сестра Джулия, помнишь? Она не раз участвовала в наших показах.
– Красотка Джулия… Не знал, что они с Идой сестры, они такие разные… Джулия с ее копной шелковистых волос и стройной, не лишенной округлых линий фигуркой – просто находка для подиума. Шубы сидят на ней, как на богине.
– Джулия – вылитая бабушка, та в свое время была музой известного художника… Не помню его фамилии, – сказала Анна.
– Джон Уильям Годвард. Он, между прочим, дедушка Джулии, – добавила Альда.
Карл усмехнулся:
– Интуиция подсказывает мне, что скоро ты переключишься с аксессуаров на художников, – пошутил он.
После учебы в Лондоне под чутким руководством матери юная Альда начала трудиться на семейном предприятии. Однако, работая бок о бок с Карлом, вскоре она поняла, что ее истинное призвание – искусство. Тонкий знаток картин, коллекционер и просто обаятельный мужчина, Карл всячески поощрял ее художественные устремления.
– В один прекрасный день ты поймешь, что слишком долго задвигала искусство на задний план, и решишь начать все с чистого листа, – произнес он.
– Возможно, однако этот день еще не настал, – парировала Альда, передернув плечами.
Карла с Анной притихли. Лагерфельд обладал удивительной способностью читать их мысли.
– Хотите вы того или нет, дорогие мои синьоры, но сегодня я отведу вас в казино. А завтра без спешки набросаю эскизы. Передайте прекрасной Джулии, что если уж у римских инспекторш появится форма, то только благодаря ей.
– В каком смысле? – спросила Анна.
Карл улыбнулся и потрепал ее по голове.
– Меня вдохновил ее образ, навеянный нашим разговором… А теперь пойдемте переодеваться. Сегодня удача на нашей стороне, я это чувствую.
Бледно-голубой джип остановился в центре знаменитой пьяцца дель Казино. Все вокруг светилось, будто днем: раскинувшаяся перед казино площадь, парк и фонтаны, все переливалось ярким, до ряби в глазах, калейдоскопом красок. Припаркованные на площади авто поражали роскошью, как, впрочем, и костюмы охранников. Появление Лагерфельда со спутницами было встречено поклонами и шумными аплодисментами. Он был королем Монте-Карло. Анна надела черное платье, к которому Карл приколол брошь с аквамарином. Броские нетривиальные сочетания были его визитной карточкой.
По пути в Белый зал Лагерфельд пояснил, что Салон Европы, по которому они проходили, служил местом встреч для посетителей казино. От радостного возбуждения по спинам трех сестер забегали мурашки.
– Белый зал великолепен. Тут всегда многолюдно, – сказал Карл. – Не только из-за роскошной обстановки, но и потому, что здесь находятся самые популярные азартные игры: английская и французская рулетки, баккара, блек-джек…
