– Я могла бы работать здесь, ― радостно воскликнула Ольга, но, посмотрев на Пирса, сказала: ― Нет, я хочу жить с вами в Долфин-Бей. У меня есть подруга, Мейбелин, она могла бы приехать сюда. Она раньше жила на ферме ― до того, как муж бросил ее. Она очень любит детей.
– И Руби хочет переехать в Долфин-Бей, ― подхватил Блейк. ― Она сама мне сказала. Итак, все, что вам надо сделать, ― найти большой дом, чтобы вы все в нем поместились.
– А по-моему, Руби нужен собственный дом, ― возразил Ник. ― Коттедж.
– Только пусть он будет рядом с вашим домом, ― добавил Блейк.
– Извините, ― громко сказал Пирс и встал.
– Ты не хочешь жениться на Шенни? ― жалобно спросила Эбби, и все разом замолчали.
Шенни смотрела на Пирса. Пирс смотрел на нее.
– Хочу, но я должен спросить у нее, хочет ли она выйти за меня замуж.
– Это необязательно, ― сказал Блейк. ― Все решено. Ольга, передай мне кусочек пирога, пожалуйста.
Ольга вручила пирог Пирсу, который сидел между ней и Блейком, и он машинально передал тарелку брату. Шенни растерялась. Все занялись пирогом, и никто не обращал внимания на нее!
Наконец Пирс прорычал:
– Если вы не оставите пару кусочков для нас с Шенни, я вас убью.
– Если ты собираешься делать ей предложение, поторопись, ― посоветовала Ольга.
Пирс за руку отвел Шенни к загону Клайда. По крайней мере, здесь они могли поговорить наедине.
– Ты злишься? ― неуверенно спросила Шенни.
– Нет, я скорее раздражен.
– Чем?
– Я люблю держать ситуацию под контролем.
– Я тоже, ― сказала она.
– Значит, у нас есть что-то общее.
– Что-то, кроме любви к пятерым детям?
– Ты любишь этих детей?
– Ну конечно. Как же их не любить?
– Ты понимаешь, на что обрекаешь себя?
– Я бы справилась, ― прошептала она, ― если бы…
– Что?
– Если бы ты любил меня.
– Почему ты думаешь, что я не люблю тебя? ― спросил он, затаив дыхание.
– Ты никогда мне не говорил об этом.
– Я не знаю, как.
– Как любить? Это просто.
Шенни встала на цыпочки и обняла Пирса. Затем она легко поцеловала его и отстранилась за мгновение до того, как он хотел ответить на ее поцелуй.
– Вот как, ― прошептала она. ― Пирс Маклахлан, я тебя люблю. Люблю больше, чем ты можешь себе представить. Я и подумать не могла, что когда-нибудь смогу так полюбить.
– Шенни…
– Да, моя любовь? ― она все еще стояла на цыпочках и обнимала его.
– Я ничего не понимаю в любви.
– Думаешь, ты не сможешь полюбить меня?
– Думаю, смогу. Похоже, я уже люблю тебя.
– В чем же дело?
– Я никогда не верил, что смогу полюбить.
– Ну ладно, посмотрим, ― Шенни снова поцеловала его. ― Я до умопомрачения люблю этих детей. Руби видела их только один вечер, и тоже в восторге от них. Как, впрочем, и Ольга. У меня сейчас достаточно денег, чтобы снять большой дом в Долфин-Бей и открыть галерею. Мы с Руби и Ольгой сможем забрать у тебя детей, чтобы они тебе не мешали, и жить вместе одной большой семьей. А ты получишь возможность вернуться в Сидней и заниматься своей работой.
– Я…
– Я серьезно, Пирс, ― сказала Шенни, и он понял: она не шутит. ― Венди сказала, ты не хочешь делать мне предложение, потому что не желаешь взваливать на меня такую ношу. Это правда? Отвечай, ведь я не шучу. Ты можешь жить своей жизнью, мы будем счастливы и без тебя.
У Пирса перехватило дыхание. То, что она предлагает, возможно ли?
От мысли, что он будет жить без них, Пирсу вдруг стало так плохо, что он поспешил сказать:
– Нет.
– Нет? Что ж, есть еще один вариант. Все то же самое, только без меня. Если я тебе не нужна, я могу просто навещать вас.
– Нет.
– Я не могу вас навещать?
– Нет, ты мне не не нужна.
Пирсу вдруг все стало предельно ясно. Шенни открыла для него свое сердце. Она первая призналась ему в любви. Она показала ему, что за жизнь его ожидает без нее и детей.
Он был безумно, безрассудно влюблен в них всех. Даже в бигуди Ольги. Но больше всего… Пирс встал на колени.
– Шенни…
– Ух ты!
Он взял ее за руки.
– Шенни, я люблю тебя.
– Правда? ― довольно спросила она.
– Если ты будешь острить, я больше ни слова не скажу.
– Вовсе я не острю. Но слева от тебя коровья лепешка.
– Заткнись.
– Хорошо, дорогой.
– Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой, ― сказал он, и внезапно Шенни расхотелось смеяться.
Она все еще улыбалась, но на глазах уже появились слезы.
– Ты уверен?
– Я никогда и ни в чем не был так уверен. Я люблю тебя очень сильно, и мне ненавистна сама мысль о том, что ты можешь страдать. Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, а я тебе навязываю все это…
– Ты мне ничего не навязываешь.
– Шенни…
– Да?
– Ты выйдешь за меня замуж?
Она долго смотрела на него, затем широко улыбнулась и опустилась на колени рядом с ним.
Его мир рушился, но впереди ждало чудо. Руби старалась как могла, но только Шенни научила его жить по-настоящему. Его Шенни. Его фея. Его чудесная невеста.
