Двери резко открылись, отвлекая от размышлений о машине и открывая взору деда делового мужчину в строгой форме. Этот мужчина в секунду оказался возле него, начиная безэмоциональную речь.
– Здравствуйте! Меня зовут Варин Людвикович и я дворецкий семьи Анненковых! И вы сейчас держите на руках наследника! Будьте добры объяснить как он у вас оказался!
Вся речь мужчины была крайне резкой и нескрывающей гнева. От подобного дед Ефим замер в шоке, не сразу поняв смысла слов. Когда же до него дошло, он быстро собрался, отвечая чётко и по факту, как учили в армии.
– Сам он ко мне пришёл! Я услышал как кто-то в окно скребется, глядь, а там мальчик! Замёрзший и уставший! Ну я и к себе его пустил и отогрел! Вот сейчас как раз домой нёс! Он просто это… Уснул у меня в общем!
Дворецкий нескрываемо облегчённо выдохнул, поднимая уставший взгляд на лесника. Тот ответил доброй улыбкой, аккуратно отдавая Армэля в руки к Варину. Тот так же аккуратно принял, разглядывая лицо мальчика. Следов насилия или страха не было. Дворецкий во второй раз облегчённо выдохнул и черты его лица наконец умиротворенно разгладились.
Прижав мальчика к груди, он поднял благодарный взгляд на Ефима. Тот смущённо отвёл взгляд.
– Спасибо вам… Вы оказались в полне хорошим и добрым человеком! Спасибо огромное!
– Да что вы! Смущаете! – проговорил Ефим в ответ, сминая рукой волосы на затылке. – Я ничего такого не сделал!
– Подаждите! Я сейчас! – проговорил Варин, бросаясь к машине. Ефим проводил его ничего непонимающим взглядом.
Уложив бережно мальчика, Варин Людвикович взял кейс, возвращаясь к леснику. Тот смиренно ждал его, продолжая не понимать действия мужчины. Но кажется до него начинало доходить.
– Как вас зовут? – спросил Варин, прожигая мужчину заинтересованным взглядом.
– Ефим Григорьевич – с лёгким замедлением ответил дед, боясь следующих слов Варина, но тот словно не замечал его умоляющего взгляда.
– Ефим Григорьевич, примите в знак благодарности эти деньги! Отказа я и слышать не хочу! – сказал Варин торжествующим голосом, протягивая кейс с деньгами. Ефим лишь покачал головой.
– Спасибо, конечно, но нет… Я делал это не из-за денег и ваше предложение звучит для меня как оскорбление! Так что я бы попросил убрать эти клочки бумаги! – сказал Ефим с нескрываемым раздражением.
Не любил он эти моменты. На его радось, дворецкий прекрасно понял его и опустил руку с кейсом в ней.
– Вы гораздо лучше, чем я ожидал! Спасибо, что позаботились о нём! Он очень важный, хороший и необычный мальчик! Спасибо… – мягко проговорил дворецкий, подходя ближе.
Позволив себе слабость, он заключил лесника в объятия. Так как Варин был выше Ефима на голову, то пришлось сгорбиться, но мужчина не зациклил на этом внимание. Лесник поражённо выдохнул, обнимая в ответ. Варин же продолжил.
– Я очень благодарен вам! Вы не представляете как он дорог мне и…
– Знаю… – перебил Ефим, выдавливая грустную улыбку. – Я всё прекрасно понимаю…
Среди сугробов, слушая завывания ветра, двое пожилых мужчин обнимали друг друга, пуская одинокие слёзы. Им обоим было страшно за мальчика, который в силу своего возраста знал слишком много. Вся жестокая реальность кинулась на него с первого дня. Она грызла его и рычала, показывая себя во всей красе. Мальчик же смело вёл бой, стоя на ногах крепко и не давая себе слабину.
Варин всегда видел это во взгляде мальчика и ему становилось от этого тоскливо на душе. Словно в её глубине скребли кошки, протяжно крича страдательное " Мяяяяуууу! " Каждый день смотреть на это было всё тяжелее. Хотелось помочь, но чем Варин не знал. Но он уже зарекся перед самим богом, что будет следит за ним и помогать мальчику.
Дворецкий знал, что сам Бог подбрасывает ему подмогу в виде таких, как Ефим. Чтобы ни случилось, Армэлю будет к кому обратиться за помощью…
Вконец озябнув, так как он стоял лишь в форме дворецкого, не удосужившись накинуть даже шарф, Варин расцепил объятия.
Попрощавшись и обменявшись адресами, они разошлись. Варин сел в машину, долго провожая силует лесника. Когда же тот скрылся среди деревьев, дворецкий завел машину, напоследок взглянув на Армэля и убеждаясь что тот спит удобно расположившись в детском кресле.
Успокоив своё сознание, Варин тронулся, разворачиваясь и напровлясь в сторону особняка. Пора было возвращать блудного сына…
*****
Над Санкт-Петербургом неумолимо сияло солнце, дожигая свой последний день лета. Уже завтра жара начнёт спадать, уступая место рыжей красавице осени. Которая, полыхая огненными всполохами, будет наводить тоску, иногда радуя солнечными днями и разноцветными листьями, уверенно шагая по земле.
Дети с ранцами на перевес впервые вступят на территорию своих учебных заведения, где проведут девять или одиннадцать лет. Они будут широко улыбаться, идя впереди родителей с букетами в руках. Те же лишь будут спокойно наблюдать за своим чадом, вспоминая себя в их возрасте.
