– Отлично, – Алик улыбнулся. Мешанина из лоскутов форменной одежды и медицинского халата, перемазанная машинной смазкой и цементной пылью, могла сойти за что угодно. Пистолеты он выбросил еще в воздухе. Оставалась рация. От фирменного наворота, способного ловить любой входящий в радиусе ста километров сигнал, следовало как можно быстрее избавиться, ведь после спасателей его будет допрашивать шериф, а потом, может, и еще пара ребят в черном. Собрав последние силы, воин «Крест Индастриз» стукнул пластиковым корпусом о твердую землю с десяток раз, пока не услышал треск разбиваемого корпуса. Посылающий сигналы маячок, на который спасатели ориентируются, все равно будет работать, а вот точная электроника уже выведена из оптимального состояния. Раскрыв корпус, он выбросил пластиковую пустышку как можно дальше, сопровождая её полет еще и парой-тройкой микросхем, наличие которых в стандартных «Моки-Токи» было не обязательно. Всё. Теперь он готов.
– Живучий койот, – Лестранж смачно сплюнула, вспоминая плачущую физиономию некоего Игана, который в первый раз в своей жизни увидел то, ради чего его все эти годы тренировали. Смерть товарища. Какая жалость. Глупец! Пора к своим тридцати годам понять, что в этой жизни нет ни друзей, ни товарищей. Человек человеку враг. А ты был обычным слюнтяем.
То, как Иган выкрикивал имя Боба, стоя перед Лестранж на коленях, очень позабавило убийцу. Исключительно для него она сделала в пустой голове две аккуратные дырочки, выстрелив из двух пистолетов одновременно.
А вот смельчаку, что вызвался к ней в провожатые, удалось ускользнуть вместе с учеными в поезде.
По крайней мере Лестранж так думала.
– Черт!
– Что у тебя, Уолт?
– Меня подбили!
– Повтори еще раз, – почти что прошептала Моник, уже зная ответы.
– Да. Да! Меня подбили! У этих поганцев поблизости есть вертушка с ракетами! – брызгал слюной пилот машины.
– Вертушки у них нет, – отрезала Лестранж, удивляясь изобретательности Змея, – там была всего лишь пехота. Дурацкая глупая пехота.
– «Торосу» руку оторвало по плечо!
– Повтори еще раз, что ты сказал.
Моник сладострастно улыбнулась. Она всегда знала, что «Крест Индастриз» прослушивает засекреченный канал связи. Сейчас сам босс собственной персоной вмешался в их милую беседу, желая получить полный отчет о ходе операции.
– Я сказал, – начал пилот машины, – что моему роботу нанесли тяжелые повреждения.
– Как такое возможно? – произнес голос из рации после паузы.
– Я…
– Это Космический Змей, сэр, – встряла Моник.
– Змей? – как поняла убийца по изменившейся интонации, боссу был знаком этот индивид. Ну еще бы! Любой босс должен знать в лицо каждого своего врага, способного в одиночку ранить боевого робота экспериментальной модели.
– Космический Змей был на объекте?
– Да, сэр. Он выжил и смог устроить диверсию.
– Это нам даже на руку, – прошипел голос. – Где он сейчас?
– Недалеко, – Лестранж нежно погладила рукоять «Гюрзы», – в двух километрах от меня. Он жив, но серьезно ранен. Запросил помощь у местных спасателей по рации, выдав себя за специалиста по насекомым. Сейчас он как мешок с костями: почти что обездвижен и неопасен. Я с радостью приступлю к его ликвидации.
– Нет! – отрезал звонкий мужской голос. – Оставьте Змея местным полицейским и докторам. Операция завершена успешно. Возвращайтесь.
– Понятно, сэр! – радостно воспрянул духом пилот робота, но тут же приготовился к худшему.
– Эй, Уолт, ты там руку свою подбери, – подколола напарника Моник, приглушая смешок.
– Думаешь, я полный идиот, – Уолт, который был немного больше чем просто пилот гигантской игрушки, конечно же, сделал все сразу грамотно и четко. Подняв машину в рекордно короткие сроки в вертикальное положение, пилот сразу же подобрал разорванную руку и включил сбитый режим невидимой маскировки, продолжив свой отход на старую ракетную базу российской армии. – А ты что же, все видела?
– Ты медленно падаешь, но отлично встаешь!
– Ах ты…
Моник громко рассмеялась в небольшой, но очень чувствительный микрофон, и её сильная ножка нажала педаль акселератора последнего суперкара от «Климан».
Родился в июне 1987 года в Москве, окончил Московский институт управления. Более десяти лет работаю в IT сфере, половину из них – на должности ведущего программиста, что нисколько не мешает моему воображению постоянно проигрывать перед моим мысленным взором красочные картины неведомых мест, грандиозных событий и ярких историй.
Основной жанр, в котором я работаю, – научная фантастика: это проблемы и пути развития нашего (в самом широком масштабе) общества, это размышления на тему «а что, если», это истории, в которых всегда присутствуют неожиданные концовки и непредсказуемые повороты.
