Пять вечеров полностью

Тамара. Они уже сидят на машинах, все кругом плачут. А я ему говорю: «Видишь, какая у тебя будет бесчувственная жена»… Славик, ты не злись. Ведь кончено!

Слава. А если кончено, зачем предаваться воспоминаниям?

Тамара. Потому и предаюсь. Раньше ведь не предавалась. Машины тронулись, и я побежала. Потом их машина почему-то стала, и я остановилась, смотрю на него. Опять поехали, я опять побежала.

Слава. Я только одного не пойму. Это в романах влюбляются неизвестно за что, а в жизни все-таки любят за что-то.

Тамара. Нет, Слава, он не такой человек, как тебе кажется. Совсем не такой, совсем не такой!

Слава. Завидую людям, которым все нравится.

Тамара. Мне давно уже не все нравится.

Слава. Прогресс.

Тамара. Ну и что же, людям часто казалось, что плохого в жизни больше, чем хорошего. Но вот прошло время – и что на поверку? Ленин, Джордано Бруно, Пушкин – люди их вечно будут помнить! А разные инквизиторы, гонители, цари – почти все забыты. Только отдельных представителей еще по истории проходят, да и то путают, какой царь после какого шел.

Слава. А ты не лишена логики.

И, одновременно замолкнув, они, как на ожившем кинокадре, продолжают прерванные занятия.

Тамара(рассеянно). Как там твои профсоюзные дела?

Слава. А никак. Что я, буду за всех вкалывать? Называется выборы! Все себе самоотводы дали: один говорит – поет в хоре, другой говорит – за городом живет, третья говорит – меня нельзя выбирать, я подавляю инициативу других. Так не подавляй! А я на минутку вышел – бац! – выбрали!

Тамара. Стыдно говорить такие слова! Студенты съехались бог знает откуда, некоторые живут на частных квартирах. Ты же лучше знаешь, кто нуждается в общежитии, кто нуждается в помощи из директорского фонда. Есть такие, что стесняются, ни за что сами не скажут. А культмассовая работа? Особенно для иногородних. Сходить вместе то ли в театр, то ли в музей… Экскурсии по памятным местам, то ли пешком, то ли на автобусе. У профкома есть средства, чтобы это оплатить. А ты? Какой эгоист!… Завтра принесу тебе форму: экран уплаты членских взносов. Повесишь на стенку, чтобы все видели.

Слава(вздохнул). Ладно.

Тамара. Приберу там у вас. (Уходит в другую комнату.)

Слава. У нас. Сколько вас. Раз.

Звонок в дверь. Тамара вернулась в комнату.

Тамара. Это он! (Опустилась на стул.)

Слава. Открыть?

Тамара. Подожди. Егор Иванович откроет.

Сидят молча. В прихожей послышался голос Кати.

Слава. Катя твоя пришла.

Тамара снова скрылась в соседней комнате. Вошла Катя. Она сильно навеселе.

Катя(сразу же от двери, предупреждая). Я не к тебе пришла. (Приблизилась к столу. Надувшись, разглядывает чертеж.) Опять на Лидочку ишачишь? Давай. Давай.

Слава. А ну, дыхни.

Она дыхнула.

Где нализалась?

Катя. А тебе какое дело? (Надменно протянула руку, указала на свой платочек, который не без умысла уронила.) Подыми!

Слава поднял.

Стул!

Слава подвинул стул.

Не сюда, туда!

Слава отнес стул к стене.

(Напевая, прошлась по комнате в танце.) Ой, что я пою! Нужно чардаш. (Пляшет перед Славой.) Что же, долго я так буду? Теперь ты пляши!

Слава. Обалдела?

Катя. Ты должен исполнять, что тебя просят женщины. А то я уйду. Руки вот так. К себе, от себя, к себе, от себя! Понял?

Входит Тамара.

Тамара. В чем дело?

Катя(Тамаре). У него есть данные, только ему надо систематически заниматься. (С л а в е.) Воды!

Слава подал ей стакан воды.

Выпей!

Слава(ставит стакан). Ну, знаешь…

Катя. Тамара Васильевна, у меня к вам дело, очень важное. А если я лягу, можно?

Тамара. Ложись на мою кровать, сейчас дам укрыться.

Катя(Славе). Что-нибудь укрыться, слышал?

Слава принес одеяльце. Катя легла, он укрыл ее.

Теперь достань у меня из пальто тетрадку. В кармане.

Слава достал толстую тетрадь.

Тебе!

Слава(открыл тетрадь). Что это?

Катя. Убиралась у твоей Лидочки, обнаружила ее конспекты знаменитые по теплотехнике. Я их тебе переписала.

Слава. Что, за весь семестр?

Катя. От нечего делать.

Слава. Сколько же времени ты угрохала на эту халтуру?

Катя. Ночь одну просидела. У меня все равно бессонница была. А почему ты говоришь – халтура? Разве тебе это не нужно? Ведь сессия.