Пятьдесят оттенков подчинения полностью

Апрельским воскресным вечером двадцать человек собрались в холле отеля «Гавань». Роб Гилл, владелец заведения, обратился к ним с речью, которую они внимательно выслушали:

— Я надеюсь, ваше пребывание у нас в течение этих трех дней принесло вам удовольствие. Как минимум, я не сомневаюсь, что каждый из вас узнал про себя что-то новое, — добавил он с легкой улыбкой.

Яна Пирсон, двадцативосьмилетняя начальница актерского отдела киностудии, почувствовала, что начинает краснеть. Она украдкой взглянула на остальную часть группы — все они внимательно смотрели на Роба. Сейчас они выглядели вполне обыденно и привычно: женщины в брючных костюмах или в свободной, удобной одежде, большинство мужчин были даже при галстуках. Насколько же это отличалось от того, как они выглядели в прошедшие выходные. Например, вот этот мужчина, сейчас вполне благопристойно облаченный в костюм-тройку, белую рубашку и темно-синий галстук, еще недавно покорно стоял на коленях у ног роскошной блондинки, со связанными за спиной руками и дрожал от волнения и нетерпения, ожидая, когда она наконец позволит ему кончить.

— Что также важно понять, — продолжал Роб, — что теперь вы являетесь частью избранного и тайного общества. Когда вы прибыли сюда, то подписали договор о хранении молчания. Возможно, вам покажется это трудным, особенно когда вы разболтаетесь со своими друзьями из повседневной жизни. Но если подобное произойдет, вы будете изгнаны. Другими словами, вы не сможете посетить нас снова.

У Яны пересохло во рту. Ей хватило всего одно уик-энда, чтобы ощутить всю прелесть этих удовольствий и пристраститься к ним. Если бы еще недавно кто-то сказал ей, какое наслаждение она будет получать от послушания и подчинения, она бы рассмеялась ему в лицо. Во всех своих отношениях она всегда все держала под контролем, и ей это нравилось. Тем не менее ее пребывание в «Гавани» полностью ее изменило.

Роб продолжал свою речь:

— Также я уверен, что многие из вас захотят поддерживать связь с теми, с кем вы здесь познакомились, — мы только поддерживаем вас в этом. Вы теперь все единомышленники. Однако я порошу вас воздержаться от попыток выйти на контакт с вашими преподавателями. Запомните: для нас это просто работа. Ничего личного.

Соски Яны напряглись под ее приталенным полосатым кардиганом, и она почувствовала, как жесткая материя трется о затвердевшие чувствительные точки. В этом была вина Роба — его слова напомнили ей о прошедшем вечере.

Она лежала в своей кровати полностью изнеможённая и удовлетворенная после долгого сеанса с одним из учителей и двумя гостями, как вдруг в комнату вошел Роб. Его сопровождал стажер-новичок, молодой парень, который в обычной жизни никогда бы даже не пересекся с Яной. Роб сказал ей, что они пришли, чтобы доставлять ей удовольствие в течение часа. Сначала она подумала, что это какая-то ошибка, и начала объяснять, что она уже получила очень много удовольствия. Тогда выражение его лица резко изменилось, такое выражение она зачастую видела во время этих выходных. Его пронзительные голубые глаза сузились.

— Я надеюсь, ты не пытаешься сказать мне, что я должен делать, а что нет, не так ли Яна? — спросил ее Роб. Вспомнив все наказания, которым она подверглась, прежде чем научилась следовать всем правилам «Гавани», Яна поспешно покачала головой. — Это хорошо. Потому что, как ты знаешь, здесь ты должна быть покорна нашим пожеланиям. Марк и я хотим доставить тебе удовольствие, и нас не волнует, что хочешь ты.

К своему удивлению, Яна поняла, что слова Роба возбудили ее. Тем не менее она была уверена, что ее вымотанное тело просто не в состоянии никак реагировать, чтобы эти два человека с ним ни делали. Как сильно ошибалась, понимала она сейчас, вспоминая то море безумных оргазмов, которое ей довелось испытать.

Яна вспоминала, как Роб сидел на ней верхом и его сильные руки массировали ее грудь душистым маслом, в то время как Марк разместился между ее ног, доставляя ей непередаваемое удовольствие своим умелым языком. Она потеряла счет тому, сколько раз ее тело изгибалось и билось в судорогах беспомощного удовольствия. Это был удивительный опыт, и когда Роб наконец встал с нее и провел рукой по ее покрытому потом телу, ей на короткое мгновение показалось, что в его взгляде она прочитала что-то личное. Теперь оказалось, что она ошиблась. Или, даже если она была права, она никогда не сможет узнать об этом.

— Я надеюсь, что вы еще приедете к нам, — сказал Роб, когда его речь начала подходить к концу. — Я думаю, что те из вас, кто понял, какое удовольствие можно получать через боль, должны обменяться телефонами. Для большинства из вас ваши новые сексуальные предпочтения могут стать шоком для тех людей, с которыми у вас до этого были отношения.

Смущенный смех пробежал по комнате.