каждые пять рядов в свой цвет. В синие, коричневые, чёрные, зеленые, жёлтые и белые костюмы. И даже отсюда, от звездолёта, было видно, что сшиты они у прекрасных портных и с точностью до миллиметра пригнаны к фигуре. И фигуры у этих людей были спортивные — ни одного толстяка, распустившего пузо, или худого, с запавшим животом и провалившимися щеками.
— Красотища! — ахнула Леночка.
— И все это ради нас? — не верил Алька. — Когда они успели так приготовиться? Мы ведь только что прилетели…
— Они все умеют! — восхищённо сказал Колёсников.
— С какой вы планеты, пришельцы? — громогласно и радостно спросил их подтянутый, стройный человек в синем костюме, внезапно отделившийся от неподвижного квадрата встречающих.
— Мы с планеты Земля! — так же радостно, подобравшись и вытянувшись, крикнул Колёсников.
— Будете нашими гостями! Мы, люди этой планеты, восторгаемся вами и вашим космическим кораблём… Вы сами довольны им?
— О да! — непривычно торжественным тоном продолжал Колёсников. — Он — чудо техники, электроники и кибернетики, он летает на любые расстояния со скоростью мысли и быстрее! Он так прост в управлении, что его с полной безопасностью может пилотировать даже младенец! Его двигатели работают так экономно…
Колёсников говорил долго, подробно; Толю удивили его словоохотливость, откровенность и жар. И пока Колёсников говорил, ни один из тысячи встречавших их людей не переступил с ноги на ногу, не шевельнул бровью.
Потом эти восторженные, добрые люди, как-то быстро и мудрено перестроившись и составив новый, ещё более изумительный строй, четырьмя правильными треугольниками окружили звездолёт и ребят, стоявших возле него. И стали с пристальным восхищением рассматривать корабль. Вертолёты, неподвижно висевшие в воздухе, приблизились к звездолёту, и с них тоже восхищённо смотрели планетяне.
Они рассматривали корабль долго и в полном молчании, как какое-то чудо, невидаль, верх совершенства. И Колёсников шепнул на ухо Толе:
— Вот кто умеет ценить технику!..
Толя промолчал: видел это и без его слов, и, признаться, такое поклонение их звездолёту, пусть даже очень красивому и совершённому, удивило его.
Внезапно, нарушив строй, на три шага вперёд вышел все тот же человек в безукоризненном синем костюме и громко произнёс:
— Хвала цивилизации, сумевшей построить такое чудо!
И опять прогремело согласное"ура» с космодрома и с неба — с машин, неподвижно застывших в воздухе.
— Слыхали? — Колёсников обернулся к ребятам. — Вот как они отзываются о нашей Земле!
— Чего ж вы тогда улетели с неё? — спросил Жора. — Ну, чего?
— Молчи! — громко шикнул на него Толя. — Ты все равно не поймёшь…
— У нас на планете достижения более скромные, — продолжал человек в синем, — но и мы кое-чего достигли и хотим продемонстрировать вам…
Не успел он это сказать, как встречающие их чётко и размеренно разомкнули строй, и к ребятам подкатила низкая, открытая, сверкающая чёрным лаком машина. Ребята забрались в неё. За ними вошли пять человек в зелёных, отлично выглаженных костюмах со значками на груди и приветливо заулыбались им. И почти тотчас машина мягко взяла с места и промчалась между чётко сомкнутым строем.
— Ну и дисциплинка у них! — сказал Алька, крутя во все стороны головой.
— Как по струнке ходят!
Услышав эти слова, люди в зелёных блестящих костюмах, сидевшие рядом с ними, вежливо закивали головами. И радостно, благодарно заулыбались.
— Чего они так радуются нам? — тихонько спросила Леночка. — Почему они так торжественно одеты?
Толя с Алькой молча смотрели вперёд. Леночка внимательно разглядывала лица планетян, очень здоровые, с правильными чертами и плотным во всю щеку румянцем и добавила:
— И почему они не встретили нас цветами? Я не вижу вокруг ни одного ветка…
— Им не до сантиментов! — сказал Колёсников. — Они люди дела, у них нет времени возиться с ними…
— Да, но хоть один цветок должен расти в городе… А здесь совсем зелени нет! Ну хоть бы одно живое дерево!
Толя, оглушённый огромным городом, рёвом, скрежетом, грохотом и свистом машин, только сейчас обратил на это внимание: и в самом деле, в городе не было ни бульваров, ни скверов, ни даже маленького газончика меж домами.
Правда, в одном месте, возле гигантского дома с полосами блестящих окон, стояло три больших дерева, но они давно засохли — ни одного листка, и были они за оградой с какой-то надписью на белой дощечке.
Между тем сопровождавшие внимательно смотрели на лица ребят, и когда Толя спросил у одного планетянина о деревьях, тот не без гордости ответил:
— Они оказались нам ненужными, сохраняем как экспонат давно прошедших времён. — Человек ярко улыбнулся белыми зубами.
— Как же не нужно! — ворвалась в разговор Леночка. — Чем же вы тогда дышите? И это ж очень красиво! И почему у вас нигде нет цветов?
— А что это? — спросил улыбчивый человек. Леночка даже растерялась немножко:
— Вы… вы не знаете, что такое цветы?
— Не знаем… Их едят? Употребляют в производство? Или это смазочный материал для механизмов?
