Пятна на солнце полностью

Выбора у меня не было. Я взял пистолет и направил его на старика. Пистолет прыгал в моих руках, а я то и дело поглядывал на немцев, ожидая выстрела в спину.

— Ну, — произнес офицер и, взяв пистолет у другого офицера, уперся им в мой затылок.

Вот тогда я и понял, что хочу жить, и мне было неважно, кем я стану — палачом или предателем. Я, не целясь, нажал на курок. Попал ли я в старика или нет, я не знаю, но он упал на землю.

— Добей его, — снова приказал мне немец.

Я подошел к старику и выстрелил ему в голову. Только после этого я обратил внимание на человека с фотоаппаратом, который снимал эту казнь.

— Курт! Если хочешь, то можешь забрать себе этого русского. Думаю, что из него выйдет неплохой агент немецкой разведки, — произнес офицер, обращаясь к человеку с фотоаппаратом.

Вот так я и попал в Варшавскую разведшколу Абвера. В ноябре меня и моего напарника майора Бекметова немцы перебросили за линию фронта. Это произошло на участке 58-ой армии. Фронт мы перешли довольно легко: там нет сплошной линии обороны.

— Майор Бекметов — это Бабочкин? — спросил его Сорокин.

— Да, это он. Если честно, то я не знаю его настоящую фамилию. В школе он был под фамилией Бекметов.

— Ваше задание в Москве?

— Вы, наверное, уже догадались: я должен был взорвать одну из станций метро.

— А какое задание у майора Бекметова?

— Я этого не знаю: несмотря на то, что фронт мы переходили вместе, задание у него было отдельное.

— С кем вы контактировали в Москве?

Серов улыбнулся. Он хотел сначала соврать, но по лицу сидевшего перед ним капитана он понял, что ему известно о его встрече со связником.

— Я контактировал с человеком по имени Николай. Кто он, я не знаю. Мне кажется, что он работает машинистом в метро.

— Почему вы так считаете?

— Он очень хорошо знает и легко ориентируется в движении поездов и их маршрутах. И от него пахло соляркой и углем.

— Кто еще проживает с вами в доме?

— С нами живет Старик. Это двоюродный брат хозяйки дома. Кто он такой, я не знаю. Однажды, когда он был во дворе, я открыл тумбочку. Там был фотоальбом. На одной из фотографий он был одет в форму офицера белой армии.

— Где Старик хранит ракеты, которые использует при обозначении целей для немецких самолетов?

Серов усмехнулся. Он был удивлен тем, что этот капитан знает и о ракетах.

— Мне кажется, что он все это прячет в старом, заброшенном сарае, который находится на смежном участке. Скажите, гражданин капитан, кто выдал меня?

Сорокин промолчал. Сейчас для него было важным установить местонахождение майора Бекметова. Вчера вечером, после ареста Серова, тому удалось оторваться от сотрудников, ведущих наружное наблюдение, и скрыться. Попытка найти его не увенчалась успехом.

— Меня еще интересует один вопрос. Назовите ваши запасные явки и каналы связи?

— Я очень устал, гражданин капитан. Вчера во время задержания мне повредили руку. Дайте команду, чтобы врач осмотрел меня, если вы хотите получить ответ на ваш вопрос.

Сорокин приказал увести арестованного. Когда за ним закрылась дверь кабинета, он снял телефонную трубку и начал звонить в Главное управление НКВД.

Майор Бекметов стоял в подъезде и в окно наблюдал за тем, как трое молодых людей метались по внутреннему двору этого большого дома, стараясь определить направление его движения. Вот они сошлись в центре двора и стали совещаться, а затем чуть ли не бегом бросились в разные стороны. Он еще постоял минут тридцать, а затем вышел из подъезда. Он шел по московским улицам, стараясь не привлекать к себе внимания прохожих. Свернув в ближайший переулок, он оказался перед трехэтажным старинным домом. Оглядевшись по сторонам, он достал из кармана шинели папиросы и закурил. Отсчитав от угла дома третье окно, он посмотрел на него. Несмотря на позднее время, он смог разглядеть на подоконнике цветок. Это был условный знак, говорящий об отсутствии опасности. Бросив недокуренную папиросу на землю, он вошел в подъезд дома. В там было темно и пахло кошачьей мочой. В какой-то момент он пожалел, что не взял с собой карманный фонарик. Бекметов чиркнул спичкой и в ее тусклом свете нашел нужную ему квартиру. Остановившись у двери, он снял предохранитель у пистолета и сунул его в карман шинели. Постучав двумя сильными и одним коротким ударом, он отошел шага на три и стал ждать. За дверью было тихо, лишь где-то на втором этаже кто-то громко ругался.

— Кто там? — наконец услышал он заспанный женский голос. — Вам кого?

— Я принес вам весточку от брата, — произнес он свою часть пароля.

— От какого брата? От Алексея?

— Нет, от Ивана, — ответил он.

Дверь открылась.

— Заходите быстрее, — произнесла женщина, закутанная в пуховую шаль. — Что случилось?

Прежде чем ответить на вопрос, он отстранил ее рукой в сторону и вошел в прихожую.

— Включите свет, а то в темноте можно сломать голову, — произнес он.