– …Ну что «к примеру»? Эй! Ты чего застыл?
Я сильно зажмурился – в темноте под веками привычно вспыхнули тысячи белых звезд, полыхнули и поплыли куда-то в сторону, словно далекие туманности в иллюминаторе звездолета. Потом аккуратно открыл глаза и сфокусировал взгляд прямо перед собой.
Жива. Точно!
Так же точно, как и… мертва… была только что. Лежала вот тут около стола, и пульс на сонной артерии вообще не прощупывался!
Галлюцинации?
Я осторожно убрал руки от ее спины, затравленно огляделся и буркнул угрюмо, слегка качнувшись в сторону ее виска:
– Поговорить… надо. Выйдем.
Развернулся, как в полусне, и шагнул в сторону коридора.
– Эй, Витек! Так выпьем или нет? Или мамочка заругает?
Артем.
В сознании полыхнуло – спирт в игристом вине! Это… пистолет у виска. Того самого, куда я только что нашептывал всякую игривую белиберду…
Меня качнуло в сторону.
Пытаясь вернуть равновесие, я взмахнул рукой. Удачно, надо сказать, взмахнул – загремели по полу выбитые из рук Артема кружки, взвизгнула от неожиданности какая-то девчонка, зашипело игристое на обшарпанных досках.
И… резко пахнуло медициной.
Как в процедурке. Как на ватке после укола…
– Э! Ты чего? Блин… последнее же бухло!
– Прости, брат…
– Уп-пх…
Никто, надеюсь, не заметил, как мой локоть жестко вошел ему под ребро. Тем более что пока несостоявшийся отравитель тщетно хлопал ртом, я нырнул ему под руку и потащил страдальца к выходу.
– Устал чувак, – бросил я окружающим. – Пойдем, друг, покурим в коридоре. Что, Лен? Нельзя там курить? О’кей! Тогда на пожарной лестнице подымим. Там ведь можно?
В коридоре неожиданно рядом с нами возник лохматый анархист, любитель зарубежной эстрады:
– Давай помогу.
– Че нам помогать-то? Курить?
– На свежий воздух его надо – там отдышится.
Я внимательно посмотрел на нечаянного помощника. Видел? Почему тогда в бутылку не полез? Ведь я – чужак. К тому же еще и борзый…
На всякий случай я сбросил руку Артема со своего плеча и развернулся навстречу возможной опасности:
– Уверен?..
– Я говорил ему, что не надо, – неожиданно стал оправдываться меломан, наблюдая с интересом, как Артем сползает по стенке в положение «сидя на полу». – У Ленки ведь астма. Она даже от запаха водки заходится. А он – ничего не будет, ничего не будет!
Зло.
Это зло сейчас куском дерьма сползало по стенке.
Хотя…
А так ли все однозначно? Что это было на самом деле – действительно зло или просто мальчишеская жестокость, замешенная на глупости? Как будто второй вариант лучше?! Без малого философский вопрос на поверку – с кондачка не решить. Парень просто хотел подпоить понравившуюся ему девчонку, рассчитывая, видимо, на далекоидущие префениции на ближайший вечер. Кто так не делал в свое время? Я, к примеру, точно делал. Мне ли судить?
Да и вообще кто я такой? Совесть нации? Карающий меч мироздания?
Не много ли берешь на себя, сабля ходячая?
И судьба, кстати, у этой девчонки все равно предрешена, к гадалке не ходи. Не сейчас, так потом случится что-либо подобное. Наверное, даже врачи с ее родителями не предполагают, что девочка со своей астмой и аллергией может сгореть так быстро. Так отчаянно и стремительно! А я вот могу. И не предположить, а… видел это все своими собственными глазами!
– Так! Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – зазвенел за моей спиной голосок спасенной именинницы. – Ты что, ударил Артема? Витя!
Громкий же у нее… ретранслятор!
Стало быть, вокал хороший. Наверное, еще и поет до кучи.
А я так погляжу, наши веселые именины двигаются в привычном праздничном направлении – того и гляди, скоро начнется зажигательный и всеми любимый аттракцион под названием… «Наших бьют!». Что это? Закон сохранения увечий в природе? С одной претенденткой не вышло, так давай другому люлей навешаем?
– Никто его не ударил, – неожиданно заступился за меня лохматый. – Теме просто по шарам дало! Птица «пе́репил». У него это бывает.
А ведь мне тоже хочется дать Теме… в «шар»!
Несколько раз. И очень сильно.
– Лен, а у тебя ручка есть? – попытался я отвлечься от сладких грез и немного смягчить ситуацию. – Или карандаш?
– Зачем?
– Телефон тебе свой запишу. Созвонимся потом. Мне просто идти уже пора. И такое ощущение, что… миссия моя здесь закончена. В целом.
– Что за миссия?
– Ох, Лен! Лучше бы тебе этого не знать. Так что там с ручкой?
Фыркнув, именинница развернулась и исчезла в глубине комнаты, где о неприятностях утраты остатков алкоголя общество явно уже подзабыло. Да и нужно им это бухло, как… пятое колесо в телеге. И так весело!
М-да… повеселились бы они сейчас, если бы не я.
– Меня Сеней зовут, – вдруг невпопад произнес меломан и протянул руку. – От фамилии Семенов. А на самом деле я – Серега.
– Угу.
– Ты это… приходи завтра, то есть… послезавтра. Как договаривались. Можно и… утром.
– Слушай, Сеня! – Я постарался вложить в свой голос максимум убедительности. – Эта девочка сейчас практически умерла! В муках. Еще пара минут – и все! Я бы даже откачать ее не смог.
– Прямо так и умерла…
– Поверь! Ты бы тоже… не хотел это увидеть.
Снизу пискнуло.
