Пятое время года полностью

– Непременно, – говорит Страж и потом улыбается Дамайе, отчего у нее живот подводит. – И еще я поговорю с твоим Стражем, и мы все поговорим вместе. – Она делает шаг в сторону и чуть кланяется, жестом показывая им идти первыми, и как бы вежливо это ни выглядело, обе они понимают, что это не просьба.

Страж выводит их из комнаты. Когда они входят в кирпичный туннель, свет у них за спиной гаснет. Когда дверь закрыта, и дверь в кабинет заперта, и они проследовали в крыло Стражей, женщина касается плеча Дамайи, останавливая ее, в то время как Биноф проходит еще пару шагов. Затем Биноф останавливается, растерянно смотрит на них, а Страж говорит Дамайе:

– Подожди здесь, пожалуйста. – А сама идет к Биноф.

Биноф смотрит на нее, вероятно пытаясь что-то сказать взглядом. Дамайя отводит глаза, и смысл уходит в никуда, когда Страж ведет ее по коридору к закрытой двери. Биноф и так уже наделала достаточно беды.

Дамайя ждет, конечно же. Она не дура. Она стоит перед дверью в оживленной зоне – несмотря на поздний час, все время входят и выходят Стражи и смотрят на нее. Она не отвечает им взглядом, что, похоже, удовлетворяет их, и они не тревожат ее.

Через несколько минут Страж, поймавшая их возле ямы, возвращается и ведет ее в дверь, ласково положив ей руку на плечо.

– Почему бы нам теперь не поговорить немного? Я послала за Шаффой, он, что очень удачно, сейчас в городе, а не на объезде, как обычно. Но пока он не пришел…

За дверью большая, красиво устроенная, застеленная ковром комната, где находится множество маленьких столов. Некоторые заняты, некоторые нет, между ними ходят люди в красных и черных мундираах. Очень немногие вообще без формы, в гражданском. Дамайя пялится на всех них в изумлении, пока Страж не кладет ей руку на голову и ласково, но неотвратимо не заставляет ее отвернуться.

Дамайю приводят в маленький отдельный кабинет в дальнем углу комнаты. Стол совершенно пуст, и у комнаты заброшенный вид. По обе стороны от стола стоят кресла, и Дамайя садится в то, что предназначено для гостей.

– Простите, – говорит она, когда Страж садится за стол. – Я… я не подумала.

Страж качает головой, как будто это не имеет значения.

– Ты прикасалась к ним?

– К чему?

– В гнезде. – Страж по-прежнему улыбается, они всегда улыбаются. Но это ничего не значит. – Ты видела экструзии в стенах гнезда. Разве тебе не было интересно? Они были на расстоянии вытянутой руки от того места, где ты стояла.

Гнездо? А, железные иглы, торчащие из стенок.

– Нет, я их не трогала.

Гнездо для чего?

Страж подается вперед, и внезапно ее улыбка исчезает. Она не гаснет, и ее не сменяет хмурое выражение. Просто все на ее лице застывает.

– Оно звало тебя? Ты отвечала?

Что-то не так. Дамайя чувствует это внезапно, инстинктивно, и от этого слова высыхают у нее в горле. Страж даже говорит иначе – ее голос глубже, мягче, почти тихий, словно она говорит что-то такое, чего остальные не должны слышать.

– Что оно тебе сказало? – Страж протягивает руку, и хотя Дамайя тут же покорно подает свою, она не хочет этого делать. Но все же делает, поскольку Стражам надо подчиняться. Женщина берет руку Дамайи и поворачивает ее ладонью вверх, поглаживая большим пальцем длинную складку. Линию жизни. – Мне можешь сказать.

Дамайя в полной растерянности мотает головой.

– Что должно было со мной говорить и что именно сказать?

– Оно сердится, – женщина еще сильнее понижает голос, он становится монотонным, и Дамайя понимает, что она больше не старается, чтобы ее не слышали. Страж говорит иначе, потому, что это не ее голос. – Сердится и… боится. Я слышу накопление, рост, гнев и страх, все вместе. Подготовку к возвращению.

Это выглядит… как будто в Страже сидит кто-то еще, и говорит этот самый кто-то, используя лицо Стража, и голос, и все остальное. Но говоря это, женщина начинает стискивать руку Дамайи. Ее большой палец, лежащий на косточках, которые Шаффа сломал полтора года назад, начинает давить, и Дамайя чувствует слабость, какой-то частью мозга думая: я не хочу, чтобы мне снова сделали больно.

– Я расскажу все, что вы хотите, – говорит она, но Страж продолжает давить, будто и не слышала.

– Прошлый раз оно сделало то, что должно было. – Давление и сжатие. У нее, в отличие от Шаффы, длинные ногти, и ноготь большого пальца начинает впиваться в плоть Дамайи. – Оно просочилось сквозь стены и запятнало чистоту их создания, воспользовалось ими прежде, чем они смогли воспользоваться им. Когда были созданы сокровенные связи, оно изменило тех, кто мог бы контролировать его. Сковал их судьбу со своей судьбой.

– Пожалуйста, не надо, – шепчет Дамайя. Ее ладонь начинает кровоточить. Почти в то же мгновение раздается стук в дверь. Женщина ничего не слышит.

– Я сделала их его частью.

– Я не понимаю! – говорит Дамайя. Ей больно. Больно. Ее трясет в ожидании треска кости.

– Я надеялась на единодушие. Компромисс. Вместо этого битва… разгоралась.