Пятое время года полностью

Юкка стоит, уперев руки в боки, наблюдая за твоей реакцией с чем-то вроде гордости.

– Не мы строили бо́льшую часть всего этого, – признает она. – Недавние пристройки, новые мосты – это да, но высверливание кристаллов уже было сделано. Мы не знаем, как это можно было сделать, не раскалывая кристаллов. Эстакада из металла того же происхождения, что и лестница, по которой мы шли в тоннелях. Джинеры понятия не имеют, как они были сделаны, у металлористов и алхимиков оргазм случается при виде всего этого. Там, наверху есть механизмы. – Она показывает на едва видимый потолок пещеры в сотнях футов у вас над головой. Ты едва слушаешь ее. Твой разум оцепенел, твои глаза начинает саднить от того, что ты смотришь не моргая на насос, который закачивает плохой воздух в пористый слой, фильтрует и снова выделяет его через поверхность. Остальные насосы закачивают хороший воздух. Прямо снаружи жеоды есть механизм, который направляет воду из горячих подземных источников неподалеку на турбину, которая дает нам электричество – чтобы понять это, уйма времени понадобилась, – а также подводит ее для ежедневного использования. – Она вздыхает. – Но, чтобы быть честной до конца, скажу, что мы не понимаем и половины того, что обнаружили во время работ. Все это было построено очень давно. Задолго до появления Древней Санзе.

– Жеоды нестабильны, как только их оболочка трескается. – Даже Тонки кажется обалдевшей. Краем глаза ты замечаешь, что она стоит как вкопанная впервые с момента вашей встречи. – Безумие даже подумать о строительстве внутри нее. И почему кристаллы светятся?

Она права. Светятся.

Юкка пожимает плечами, складывает руки на груди.

– Понятия не имею. Но те, кто это строил, хотели, чтобы они уцелели даже после землетрясения, так что они сделали с жеодой что-то такое, чтобы это обеспечить. И она уцелела… а они нет. Когда люди Кастримы нашли это, тут было полно скелетов – некоторые такие древние, что рассыпались в прах от прикосновения.

– Значит, предшественники вашей общины решили переселить всех в огромный артефакт мертвой цивилизации, который убил последних, кто рискнул тут жить, – тянешь ты. Неубедительный сарказм. Ты слишком потрясена, чтобы держать верный тон. – Конечно. Почему бы не повторить колоссальную ошибку?

– Поверь мне, этот спор бесконечен. – Юкка вздыхает и опирается на поручни, что заставляет тебя вздрогнуть. Если она соскользнет, вниз падать далеко, а некоторые кристаллы на полу кажутся острыми. – Никто долгое время не хотел тут жить. Кастрима использовала это место и ведущие к нему тоннели как склады, хотя не для таких важных вещей, как съестные припасы или лекарства. Но за все это время в этих стенах ни одной трещинки не появилось, даже во время землетрясений. Еще больше нас убедила история – община, контролировавшая это место во время последней Зимы – настоящая, реальная община, со стенами и всем прочим, – была уничтожена бандой неприкаянных. Все поселение было сожжено дотла, все запасы похищены. У выживших оставался выбор – переселиться сюда или попытаться выжить там, где нет стен, тепла и всевозможные стервятники готовы наброситься на оставшуюся легкую добычу. Так что они стали нашим прецедентом.

Необходимость – единственный закон, гласит Предание камня.

– Не скажу, что все прошло хорошо. – Юкка выпрямляется и приглашает вас снова следовать за ней. Вы вступаете на широкий плоский пандус, полого спускающийся ко дну пещеры. Лишь позже ты осознаешь, что это кристалл, и спускаешься вниз по его стороне. Кто-то вымостил его цементом для лучшего сцепления, но за краями серой полосы ты видишь мягкое белое свечение. – Большинство людей, переселившихся сюда во время той Зимы, тоже вымерли. Они не смогли заставить работать механизм вентиляции, а оставаться здесь более чем на несколько дней означало смерть от удушья. И у них не было еды, так что, хотя они были в безопасности и тепле и у них была вода, большинство из них умерли с голоду, прежде чем снова появилось солнце.

Старая сказка, обновленная лишь новой обстановкой. Ты рассеянно киваешь, пытаясь не споткнуться, поскольку твое внимание занято наблюдением за пожилым человеком, который едет через пещеру, сидя в веревочной петле, туго охватывающей его зад. Юкка останавливается помахать ему. Он отвечает и скользит дальше.

– Пережившие этот кошмар основали торговый пост, который потом стал Кастримой. Они распространяли слухи об этом месте, но все равно никто не хотел тут жить… пока моя прапрабабушка не поняла, почему механизмы не работали. Пока она не заставила их работать, всего лишь пройдя сквозь тот вход, – Юкка показывает на путь, которым вы пришли. – У меня тоже получилось, когда я впервые спустилась сюда.