В катере имелись два штатных скафандра, но надевать их Голицын не хотел, чтобы даже на время не лишить себя возможности использовать бластер, поэтому он не просто посадил «Эсмеральду» у внешнего шлюза, а завел ее прямиком в ангар. Убедившись, что воздух в нем пригоден для дыхания, Иван отвязал своего пленника, и они покинули катер.
Согласно заверениям Поульсена, в это время в данной части базы был наименьший риск встретить кого-то из бойцов Корпуса. Выйдя из ангара, они двинулись по служебному коридору. Ларс шел впереди, Иван, держа бластер наготове – следом. Через десяток метров путь им преградила запертая дверь. Голицын слегка ткнул четверокурсника в спину стволом «Шилка», тот протянул руку к контрольной панели…
Открывшийся их взорам зал был буквально забит народом. Пятнадцать, а то и все двадцать пар глаз недоуменно уставились на появившихся в дверях нежданных гостей.
– Я не знал… – в ужасе выдохнул Поульсен, попятившись. – Я не знал… Не стреляй, я не знал! – и, внезапно завалившись на Голицына, Ларс стал медленно сползать на пол, лишившись от страха чувств.
Отпихнув обмякшее тело пленника, Иван затравленно огляделся. Много, слишком много. И как назло, рассредоточены, одним выстрелом не охватишь…
Тем временем кое-кто из находившихся в зале людей его явно узнал. Послышались возгласы изумления, многие лица напряглись, тут и там в ладонях начали появляться бластеры…
Расслабив кисть, Голицын демонстративно убрал «Шилк» в походное положение, затем медленно поднял обе руки вверх. На какой-то миг это несколько разрядило обстановку.
– Эмма Маклеуд под психотехническим контролем! – выкрикнул он внезапно. – Пароль для раскодировки – зип…
Хлопок выстрела не позволил ему договорить. Умолкнув на полуслове, Иван упал – прямо на тело Ларса Поульсена.
Как это всегда бывает после близкого знакомства с парализующим зарядом бластера, сознание возвращалось постепенно, словно бы нехотя. Сперва прорезался слух. Ну, как прорезался: в ушах шумело, словно к ним поднесли по огромной ракушке, но сквозь заунывный фон все же прорывались какие-то голоса. Слов, конечно, было не разобрать – так, выкрики какие-то бессвязные.
Приложив усилие, Голицын разомкнул веки: перед глазами все плыло, но все же Иван различил склонившееся над ним размытое лицо.
– Очнулся…
О! Первое осмысленное слово! Теперь дело пойдет…
Голицын сделал несколько движений губами, разминая их, затем пошевелил языком – тот пока еще ворочался с трудом.
– Где я? – прохрипел Иван, прикрывая глаза: говорить и смотреть одновременно было пока тяжело.
– В центре связи, – последовал ответ.
– К черту такие подробности! Планета какая? – вторая фраза далась уже на порядок легче первой – оцепенение мало-помалу отступало.
– Луна – если, конечно, считать ее планетой.
– А… – он вновь открыл глаза и на этот раз узнал разговаривавшего с ним человека – это была Бо Шаофань с четвертого курса.
– Эмма, он очнулся! – прокричала китаянка, оборачиваясь куда-то в сторону, и от ее резкого движения голова у Голицына снова закружилась. Правда, почти тут же это прошло.
– Сейчас подойду! – раздалось в ответ, и Иван узнал голос Маклеуд. – Возьми пока на себя мою дверь.
– Иду! – Бо отошла в сторону, и через несколько секунд на ее месте возникла Эмма.
– Зип ауст фро их! – слова пароля сами сорвались с губ Голицына – даже прежде, чем он успел о них подумать.
– И тебе того же! – улыбнулась в ответ девушка – мягкой, теплой улыбкой, которую Иван не видел на ее лице чуть ли не с конца первого курса. – Спокойно, не дергайся: все в порядке, меня уже расколдовали.
– Что? – растерялся курсант. – Кто?
– Ашок Мерчент.
– Мерчент? – индуса Голицын неплохо знал по «Альфе», где Ашок два года назад служил под началом Эммы. – А откуда он узнал пароль?
– Ты ему сказал.
– Я?!
– Во время сеанса связи. Не знаю, понял ты или нет, ты тогда разговаривал не со мной, а с программной имитацией. Классная штука, кстати, и что самое интересное, технология наша, земная. Ну, конечно, доработанная немного под возможности альгерской техники.
– Что-то подобное я подозревал… – проговорил курсант. – Да, хорошая программка. Спорю, тест Тьюринга она бы прошла на раз! На тебе даже К-комбинезон был!
– Так вот, курировал ее как раз Ашок. Когда ты произнес пароль, он сразу заподозрил неладное. А уж когда потом ты ворвался на базу и во всеуслышание объявил, что я под контролем… В общем, Мерчент все понял правильно, подстерег меня в коридоре, когда рядом никого не было, и раскодировал.
– Ясно… – протянул Иван. – А как тебя вообще угораздило попасть под контроль? – спросил он.
