– Но ты уверена, что не злишься на меня? Я хочу сказать, что если злишься, то я был не прав, не нужно было так топроно критиковать…
Хель подошла к парню вплотную и зажала его рот своей ладонью. Девушка лукаво прищурила голубые глаза и поднесла указательный палец к губам. Это было так близко, что Макс почувствовал ее запах, который вскружил голову и заставил замолчать, погрузившись в легкую эйфорию.
– Для такого чудесного парня ты слишком много извиняешься. Давай просто хорошо проведем этот вечер, ладно?
Макс кивнул.
– И если я уберу руку, то ты обещаешь не извиняться больше.
Макс еще раз кивнул, и в тот же миг его рот получил свободу.
– Какие планы?
– Ну-у-у, э-э-э… – попытался прийти в себя Макс. – Эльф звал сегодня к себе.
– Отличная идея. Так идем?
И одарила Макса такой улыбкой, что его ноги подкосились, а губы расплылись в абсолютно идиотской гримасе, которая рассмешила девушку. Черныш лизнул руку хозяина, немного приведя того в чувства.
– А-а-а-а, да, идем…
И они направились к калитке в окружении своих волков, судьба которых теперь была не ясна, впрочем, как и судьба их самих. Макс и Хель понимали, что хотя бы до возвращения охотников между ними наступило перемирие, которое, возможно, могло перерасти в нечто большее, новое, в то, чего еще не было в клане Железных Клыков. И теперь эта мысль объединяла их.
Охотники подошли к краю Города, когда солнце уже скрылось за горизонтом и на мир опустились сумерки. Отряд расположился на ночевку в заброшенном здании, которое все называли «аэропортом». Это было очень архаичное слово, восходящее к тем временам, когда на Земле обитали древние народы, построившие гигантские города и дороги, тянувшиеся на многие километры. Никто уже не помнил первоначального смысла данного слова, но и люди, и волкодлаки использовали его. Сам аэропорт состоял из металлического каркаса, на котором держались массивные стеклянные стены, над которыми, казалось, было не властно само время. Пройдя внутрь, охотники оказались в просторном темном помещении. Под ногами валялось довольно много различного мусора, свидетельствующего о том, что это место часто использовалось для ночлега. Все, что могло представлять какую-либо ценность, было давно вынесено, но в аэропорту оставалось еще много приборов, предназначение которых было не понятно. Впрочем, они, скорей всего, давно не работали. Волкодлаки осторожно озирались по сторонам, пытаясь высмотреть в темных коридорах врагов, но залы были пусты, и лишь эхо шагов охотников нарушало эту тишину.
Наконец волкодлаки осмотрели здание, все было чисто, можно было располагаться на ночлег. На второй этаж решили не подниматься, а остановиться в одном из залов с видом на заросшее поле, на котором вдалеке все еще виднелись ржавеющие металлические остовы непонятных приспособлений, похожих на гигантских птиц. Отряд наконец мог отдохнуть. Костер разжигать не стали, чтобы лишний раз не привлекать внимания, поужинали сухарями. Было уже совсем темно, и лишь луна освещала тусклым фонарем безжизненное здание.
Рогдар разместился немного в стороне от остальных на длинной череде жестких пыльных кресел. Он устал и быстро провалился в сон под негромкие звуки голосов других охотников. Хартиг дежурил в дозоре первый. Остальные, усевшись, вели неспешную беседу.
Вторым в дозор должен был пойти временный командир отряда Грака. Он изначально настоял на том, что не будет отлынивать от дозорной службы, так как не видит в ней ничего зазорного. Сквозь сон Рогдар слышал очередную веселую байку от Халди, которую тот травил уже в сотый раз. Это был рассказ о том, как он голыми руками убил чернорога – гигантского волосатого зверя с рогом на носу. Охотники смеялись и разбавляли историю сальными комментариями. Наконец настало время Граки принимать дозор. Рогдар уловил, что после ухода командира тональность разговора сменилась. Сделав вид, что все еще спит, он стал внимательно вслушиваться в беседу своих товарищей.
– Лин и Солух были бы живы, если бы не этот трус, – прошептал Халди.
– Да, они были славными бойцами, нам их очень не хватало во время битвы в лесу, – согласился Ньял. – Не было бы раненых на руках, мы бы шли быстрей, и эти твари нас бы не нагнали.
– Тогда бы и Хар был жив и здоров, – кивнул Барей.
– Наши товарищи мертвы, а этот трус, недостойный быть охотником, спит там в углу, – кажется, это опять был голос Халди. – Я говорил Граке, что его надо наказать, но теперь он чтит закон, как это делал Хар.
Ничего хорошего эти слова не предвещали для Рогдара. Нужно было что-то предпринять, и немедленно. На Граку и Хартига надежды было мало, они точно не были его друзьями, и очень сомнительно, что кто-то из них заступится за него. Ах, если бы Хар был бы жив! Но он не пережил ту схватку в лесу. И зачем Рогдар только согласился на этот поход? Стыдно было отказать, ведь охота на безликого – это великая честь. Оставалось только посыпать голову пеплом и сожалеть о том, что не послушал жену, которая изначально высказывалась против.
