– Знаешь, Финч, я и так уже слишком долго терпел твои выходки и был милостив. Ты пользовался этим много раз и много раз просил о прощении. Однако я думаю, что если и в этот раз помилую тебя, то это сослужит короне плохую службу. Мои враги решат, что я не просто милостив, а слаб. Так что властью, данной мне…
– Ваше Величество, постойте! – раздался голос из зала, где стояли приближенные короля.
Обладателем голоса являлся черноволосый юноша, с точь-в-точь таким же острым носом и глубоко посаженными глазами, как у Лэндона.
– Кто это там перебивает короля? – осведомился Гарри Ослепленный.
– Это Деррен Финч, Ваше Величество, – сказал королю Невилл Калхоун. – Глава рода Финчей и сын обвиняемого.
Король повернул голову в сторону юноши.
– Деррен, насколько я помню, тебе лишь шестнадцать, и единственная причина, по которой ты занял свою должность в столь юном возрасте – это предательство твоего отца. Но даже ребенок должен знать, что нельзя говорить в присутствии короля без его дозволения.
– Да, Ваше Величество, все так, прошу прощения! Но я хотел сказать несколько слов в защиту, прежде чем приговор будет вынесен.
Король подумал несколько секунд и утвердительно кивнул.
– Мой отец совершил ряд поступков, которые запятнали всю нашу фамилию, – начал Деррен Финч. – Но он человек дела, который мог бы пригодиться короне, если бы вы дали ему еще один шанс. Он девять лет сидит в тюрьме без права повидаться с семьей.
– И за эти годы он трижды пытался сбежать, – напомнил король.
– Все верно, – согласился Деррен. – Но ведь многие другие восставшие против вас получили свободу. Я бы хотел от имени своего рода предложить выкуп за жизнь отца, столько, сколько вы сочтете нужным. Конечно, я понимаю, что глупо было бы просить у вас простить его полностью так легко. Поэтому наш род заплатит необходимую сумму, а Лэндон Финч останется в тюрьме и лишится права носить свою фамилию. Он станет простолюдином и больше не будет представлять опасности для короны.
В зале многие перешептывались, обсуждая, насколько интересно королю такое предложение. Гарри Ослепленный жестом приказал людям соблюдать тишину.
– Любопытно, а что сам Лэндон думает по этому поводу? Согласен ли ты с сыном?
Финч побледнел, но, взяв себя в руки, ответил:
– Мой сын еще юн и не очень хорошо разбирается таких делах. Как по мне, уж лучше умереть Финчем, чем простолюдином сгнить в камере.
Этот ответ удовлетворил короля, и он вынес вердикт о смертной казни, которая по традиции должна была состояться по прошествии семи дней со дня приговора. До этого момента Лэндон Финч отправлялся в одиночную камеру для смертников. Волкодлаков также решено было казнить, так как клан Железных Клыков нарушил уговор и добровольно не вернул принцессу Анну домой. Они останутся ожидать смерти в своей старой камере. Такова была воля Гарри Ослепленного.
– Следующий вопрос, – произнес король, когда осужденных увели из тронного зала. – Как Хель оказалась в столь поздний час так далеко от дворца?
Девушка вышла вперед вместе с волчицей.
– Ваше Величество, я лишь прогуливалась, изучая город, и немного заблудилась.
– Ты оказалась в нужное время в нужном месте и помогла задержать опасных преступников, – мягко сказал король Гарри. – Я благодарен тебе за оказанную помощь. Чего ты хочешь взамен?
– Спасибо большое, но вы и так мне дали кров, и я не смею просить о большем.
– Хорошо, – кивнул король. – Тогда я оставляю за тобой право на вознаграждение. Воспользуйся им, когда сочтешь нужным.
– Спасибо, Ваше Величество, – откланялась Хель и поспешно вышла из тронного зала на свежий воздух.
Ее сильно мутило: только что из-за нее осудили на смерть Граку. Она не хотела этого. Однако ведь именно она позвала стражу, которая схватила беглецов. Его спутники предлагали ее убить, но он не дал им совершить этого, а она отправила парня на казнь. Но было еще какое-то ощущение, которое зародилось в тот момент, когда Хель увидела Граку в Бральдаре. Его нужно было остановить, она чувствовала это, поэтому и позвала стражу. «Теперь я не принадлежу к клану Железных Клыков», – напомнила Хель сама себе, и в этот момент ее нагнала Анна.
– Как ты? – спросила она подругу, держащуюся за бочку с водой.
– Так себе, – честно ответила Хель. – Я училась с ним в школе.
– Это ты про того молодого волкодлака, что отец приговорил к казни?
– Ага.
– Понятно, – кивнула Анна.
Повисла неловкая пауза, Хель чувствовала, что принцесса хочет что-то спросить, но не решается. Впрочем, сейчас это было даже к лучшему, ее все еще сильно мутило.
– Где ты была вчера весь день?
– Я расскажу тебе, дай только приду в себя. Мне как-то нехорошо.
– Пойдем на кухню, выпьем чаю, – предложила Анна.
– Давай, – согласилась Хель.
Через пятнадцать минут они сидели за столом с дымящимся чаем и малиновым вареньем. После нескольких ложек варенья и чашки иван-чая Хель почувствовала себя лучше и перешла к рассказу о вчерашнем дне.
