Главный герой был обычным парнем, любил вечеринки и девушек и не очень-то жаловал свою работу. Однажды он вмешался в драку и в результате неожиданно оказался в параллельном мире. Здесь правят кланы, подчинившие себе силы стихий и владеющие боевым искусством Вуса-Мату. И они ищут пришельца, наделённого таинственным даром Хранителя Преисподней. Надо ли пояснять, что речь идёт о нашем герое?
Уволенный с работы за неуважительное поведение по отношению к начальнику молодой инженер Ричард «Рик» Коннери возвращается домой, и защищает от хулиганов незнакомого азиата. Тот умирает от полученных ран, но перед смертью отдает Рику таинственное письмо на незнакомом языке и называет его Посланником.
Через несколько часов на след Рика выходят таинственные и опасные люди, которые хотят забрать письмо. Рику приходится бежать и скрываться. Подсказки в письме помогают ему отыскать портал, который переносит его в другой мир. Там он вступает в схватку с сыном местного аристократа, владеющего боевой магией, и неожиданно для себя самого выходит из нее победителем. Но ему снова приходится бежать и прятаться в городе под названием Моту-Саэра. По пути Рик погружается в медитацию и узнает, что обрел силу Джаду – особого дара высшей касты Кшатриев. Его задача – пройти по Великому Пути Семнадцати Ступеней и победить загадочных врагов, о которых он еще ничего не знает.
В Моту-Саэре Рик спасает от бандитов девушку по имени Рашми. Она помогает ему исцелить раны и рассказывает о мире, которым правят четыре стихийных клана, которым покровительствуют четыре бога: Вая, Варуна, Агни и Индра. Но Рик знает, что есть еще и пятый бог – Антака, Хранитель Преисподней и покровитель исчезнувшего клана Черной Змеи.
Ни Рашми, ни ее отец Торил ничего не могут рассказать Рику о Темном боге, но рассказывают об убежище, где скрываются Безымянные – бродяги, лишенные привилегий всех трех каст местного общества. Враги снова нападают на след Рика, и ему приходится бежать из Моту-Саэры в пустыню с Безымянными.
Их отряд попадает в засаду. Рик убивает воителя-Кшатрия, но из всех его новых друзей в живых остается только парень по имени Мерукан. Вместе они проходят через пустыню и добираются до Ашрея – тайного поселения Безымянных. Там Рик встречает Хариша – бывшего Кшатрия, лишенного силы Джаду за преступления. Тот уже не в силах управлять магией Джаду, но пытается хоть чему-то научить Рика на изнурительных тренировках.
Во время одной из вылазок Рик применяет особое умение, подаренное Темным богом Антакой, и Хариш понимает, кого взял в ученики. Дар Рика может навлечь гнев Владык на всех Безымянных, и Хариш просит того уйти – но говорит, что на обширных владениях клана Каменного Кулака еще могли сохраниться древние храмы Антаки или те, кто помнит что-то о клане Черной Змеи и может пролить свет на тайну Рика.
Рик и верный ему Мерукан отправляются через леса на восток, осторожно уходя от слежки.
– Мне очень жаль…
Я молча кивнул и закинул в коробку степлер с блокнотом. Вот и все сборы. Оказывается, каких-то четверти часа перед обедом вполне достаточно, чтобы из подающего надежды молодого инженера превратиться в безработного. А уж зная Уилсона, можно не сомневаться – теперь в Сан-Франциско меня возьмет к себе разве что полковник Сандерс… или Рональд МакДональд. Мыть полы и таскать гребаные подносы с фастфудом за десять баксов в час.
Добро пожаловать в «KFC», сэр. Что вам будет угодно?
– Ричи… Степлер.
– Что?
– Степлер – собственность фирмы. – Джоуи улыбнулся и указал на коробку. – Уилсон вряд ли обрадуется, если…
– Уилсон может пойти в задницу, – прорычал я и зашагал к выходу.
– Как скажешь, Ричи. – Джоуи заковылял следом за мной. – Здорово же ты его отделал! Богом клянусь, каждый на этаже в этот момент хотел бы быть на твоем месте…
Будь я проклят, если это не так. Барни Уилсон – гребаный плешивый ублюдок – за последние полгода успеть поиметь нас всех – и каждого как минимум дважды. И рано или поздно какое-то дерьмо просто обязано было случиться. Но я никогда бы не подумал, что тем парнем, который найдет свои яйца и выскажет старине Уилсону все, под чем любой из технического отдела подписался бы кровью, стану я сам. Никогда не замечал за собой какой-то особенной вспыльчивости.
Но некоторые дни просто созданы для того, чтобы превратить твою жизнь в дерьмо. Сначала ты проливаешь кофе на новые джинсы, потом опаздываешь на автобус, потом гребаной тако открывает у тебя в желудке филиал Преисподней… И во время разноса, который Уилсон устраивает всему техническому отделу не менее пяти раз за неделю, вместо того чтобы кивать и тихо бормотать себе под нос «Да, сэр», ты вдруг вскакиваешь, опрокидываешь стул и советуешь боссу трахнуть самого себя. И добавляешь еще несколько слов, каждого из которых вполне достаточно, чтобы любая контора в ближайших штатах занесла тебя в черный список до конца жизни. Мой монолог длился примерно двадцать секунд, в течение которых каждый из парней в отделе наверняка готов был аплодировать мне стоя.
Уилсону, чтобы сказать, что я уволен, понадобилось примерно втрое меньше.
Гребаный. Тупой. Ублюдок!
