Каким-то образом она вдруг очутилась в спальне наверху. Двое мужчин в лыжных масках стояли возле кровати, на которой распростерлась дрожащая от ужаса молодая женщина. Она была ранена и держалась за грудь. Алая кровь струилась по пальцам, стекая на простыни. Отем заметила красные капли на лезвии огромного мясницкого ножа, который сжимал в руках один из мужчин.
Она металась по матрасу, пытаясь подавить собственный крик, думая о Молли, боясь узнать ее в девушке на кровати, боясь увидеть, что напали на нее. Но затем она разглядела лицо. И светлые волосы. И темные глаза.
– Нет…
Ее сердце оглушительно колотилось, тело покрылось холодным потом. Мужчины повернулись и направились к двери. Отем не могла разглядеть их лица, но в обнажающих их губы дырах она заметила, что они улыбаются. Она открыла глаза и закричала.
– Отем! Отем, проснись, ради бога! – Бен схватил ее за плечи и стал грубо трясти. – Отем, это просто сон! И больше ничего! Это просто еще один сон!
Повернувшись к Бену, она уставилась на него непонимающими, полными слез глазами и внезапно бросилась ему на шею:
– Господи, Бен, господи, господи, господи!
У него стиснуло грудь. Руки задрожали. Он не хотел знать, что она видела.
– Это была… это была Молли? Что… что-то случилось с Молли?
– Нет-нет, не с Молли. – Отем торопливо затрясла головой. – О господи, Бен, они ее убили! Я это видела. Я видела, как они убили ее мясницким ножом.
– Успокойся. – Он глубоко вдохнул, стараясь держать себя в руках. – Ты сказала, что это была не Молли. Если это была не она, то кто? Кого убили?
– Не знаю. Я никогда ее раньше не видела.
– Это тот блондин ее убил?
– Я не могу сказать. Их было двое, и они были в лыжных масках. Они были… они были в другом доме, не в том, где живет Молли… а где-то еще.
– Ладно, успокойся, пожалуйста. – Ему бы и самому не мешало успокоиться. – Сделай глубокий вдох и медленно выдохни.
Отем повиновалась.
– Ну что, лучше?
Она согласно кивнула.
– Хорошо. А теперь расскажи, что именно произошло в твоем сне.
Бен хотел бы записать рассказ на диктофон, но он остался на тумбочке в квартире Отем.
– Они ударили ее ножом. – Отем сжала губы и закрыла глаза. Но из-под ресниц показались слезы. – Думаю, что дважды. – Она посмотрела на Бена, и слезы заструились по щекам. – Они… они улыбались, Бен. Они убили ее, и бросили там, и улыбались.
Бен притянул Отем к себе и держал в объятиях, пока она наконец не перестала дрожать всем телом.
– Может быть, это был просто сон. – Он пригладил ей волосы. – Ты не знаешь тех людей. Ты сказала, что все было по-другому. Может быть, этот сон никак не связан с Молли или с другими твоими снами.
– Я видела горы… через окно в гостиной. Это было не там, где живет Молли, но я думаю, что где-то неподалеку. Бен бережно отодвинул ее от себя, потянул с изножья кровати свой халат и набросил его на голые плечи Отем.
– Начни с самого начала. И очень, очень спокойно.
Он терпеливо слушал, как Отем описывает жестокое убийство беспомощной молодой женщины и мужчин, которые его совершили. У женщины были светлые волосы, и рядом находились горы. Совпадение? Он надеялся, что это так, надеялся, что этот сон никак не связан с поисками Молли, однако не сумел убедить себя в этом.
Они оба не могли бы теперь заснуть. Бен хотел все записать, зафиксировать каждую деталь, поэтому они отправились на кухню. Отем все еще оставалась закутанной в его халат, и он, целиком скрывая ее маленькую фигурку, волочился по полу.
Бен попытался сосредоточиться и выбросить из головы все лишнее. Похоже, что Отем снится как прошлое, так и настоящее. А в случае с подростками двенадцатилетней давности – и будущее. Если случилось убийство, о нем должны писать в газетах. Во всяком случае рано или поздно напишут. Усевшись на кухне за столом, он аккуратно зафиксировал все, что сказала Отем, не забыв упомянуть дату и время сна.
Получилось немного. Он подумал, что раньше ей неоднократно снился один и тот же сон, и мысленно взмолился, чтобы на этот раз такого не случилось, чтобы Отем не пришлось страдать, присутствуя при этом ужасном убийстве снова и снова.
