Кент наверняка поможет мне снабдить его походным снаряжением. А мы с Марком знаем в Отстойнике кучу мест, где можно устроить себе мало-мальски безопасное жилище. Да хоть бы то убежище, где мы втроем обсуждали мое вступление в Элиту. Псайкорпус нипочем не догадается искать его там. В псайкорпусе никому и в голову не придет, что кто-то из их братии занимается столь экстремальным туризмом.
Если он и впрямь так напуган, он обеими руками ухватится за мое предложение и станет умолять, чтобы я все устроила сию минуту. А если он притворялся… ну, тогда он придумает тысячу отговорок.
План, похоже, неплох, но надо заручиться авторитетной поддержкой.
Я набрала сообщение Кенту: «О чем договорились в столовой? Или я зря воду в пруду мутила?» Я рассчитывала, что он поймет намек насчет воды в пруду.
И правильно рассчитывала. Мне тут же пришел ответ: «Много о чем. Вода в пруду прозрачная. Не пора ли покормить рыбок?»
«Уже бегу», – отстучала я и, мысленно попросив прощения у ноющего тела, направилась к пруду с рыбками. Как я и ожидала, Кент появился чуть позже. Он плотно закрыл за собой дверь и выжидательно посмотрел на меня.
Я торопливо изложила ему план. Пока я говорила, оружейник кивал.
– Звучит убедительно, – подытожил он. – Мы с твоим дядей сможем все организовать. Тебе вряд ли что-то грозит. Если даже это ловушка – просто прикинешься влюбленной дурочкой, которая пытается помочь своему ухажеру.
Я слегка поморщилась:
– А точно прокатит? Все-таки я помогаю ему сбежать…
Кент пожал плечами:
– Мы воспользуемся лазейками, на которые прежде никто не обращал внимания. Полноправному цивису не возбраняется покидать Пик-Цивитас и селиться в Отстойнике. Вероятно, потому, что такое взбредет на ум лишь преступнику. Твой дядя должен знать, запрещено ли Джошу покидать псайкорпус и куда-то уходить. Вполне возможно, что таких запретов не существует – ведь до сих пор никто так не поступал. Если тебя в чем и обвинят, так только в сокрытии от псайкорпуса намерений Джоша.
Неужто все так легко? Прямо не верится.
– Ну, если только в этом… Тогда я им скажу, что Джош как-то обронил между делом: мол, смотаться бы куда-нибудь из Пика…
– Ложный путь, вот именно. Но не говори им, что не знаешь, где он. Врать не надо, надо лишь сообщать не всю правду, – посоветовал Кент. – И ко всему прочему, если он не лжет, то быстро окажется вдали от Дрейф. А если лжет – сочинит сотню причин не принимать твое предложение.
– Вот и я об этом, – задумчиво произнесла я. – Но…
Кент прямо-таки рассмеялся:
– Радка, да он же изнеженный городской мальчик. Он привык, что у него всегда есть еда, не его руками приготовленная, нормальная ванная, нормальная постель и все разновидности защит от пришлецов. При обычных обстоятельствах он бы ни за что не согласился жить в условиях Отстойника. Поверь мне: если он тебя обманывает, нет ни единого шанса, что он согласится.
Я вздохнула. Да, наверное, Кент прав. Почему-то мне даже хотелось, чтобы Джош начал придумывать отговорки. Я бы хоть поняла окончательно и бесповоротно, на чьей он стороне.
– Я свяжусь с Чармом. Ты свяжись с Джошем. Назначь где-нибудь встречу, когда закончится твоя смена. Изложи ему план побега. Мы посмотрим, как он отреагирует, и, исходя из этого, будем действовать дальше.
Кент потер лоб рукой, и я вдруг увидела, как оружейник устал. Так же устал, как и все мы. Я-то привыкла видеть в нем этакое непробиваемое воплощение силы. Привыкла, что на нем держатся все – и Элита, и Охотники. И совсем не замечала, казалось бы, очевидного: эти бесконечные битвы измотали его не меньше, чем всех нас. А то и больше.
Я похлопала рукой по краю пруда, приглашая Кента присесть.
– Это не обязательно делать сию минуту, – сказала я. – И сегодня не обязательно. Дядя даст мне знать, если от него станут требовать, чтобы он отдал Джоша. И в конце концов, Джош ведь из псайкорпуса. Он не наш.
Кент уселся рядом.
– Но тебе он, похоже, очень нравится, – заметил он, лукаво подняв брови.
– Раньше нравился, но… но… – тут я замялась. – Нравится мне парень или нет – это не имеет значения. Найдутся вещи поважнее, – наконец пробормотала я. И про себя порадовалась темноте. Кент хотя бы не видит, как я заливаюсь румянцем. – Но он мне много помогал, и я ему обязана.
– Радка, посмотри-ка на меня, – приказал Кент.
Я подняла на него взгляд, чувствуя, как пылают мои щеки. А он положил мне руку на плечо – точно как Учитель Кедо, когда хотел серьезно со мной поговорить:
– Я очень рад, что у тебя долг на первом месте. Но это не значит, что тебе нужно закупоривать свои чувства и не давать им воли. Понимаешь меня?
Щеки у меня совсем раскалились.
– На самом деле… я не очень понимаю про свои чувства, – заикаясь, проговорила я. И – вот ужас! – у меня защипало в глазах. – Я к тому, что, может, он устроил весь этот цирк, чтобы пробраться ко мне в мысли!
