– В наследство от бабушки получил.
– Сколько квадратов?
– Ой, я не знаю… Чуть больше тридцати, наверное. А что?
– Нормальная хата, хоть и не новая. И район хороший.
– Да, ремонта только не было в квартире двадцать лет.
– А что не сделаешь? Ее можно превратить в конфетку.
– Где бы на глазурь и шоколад денег взять? В смысле, на плитку, сантехнику, ламинат…
– Да понял я, понял.
– А ты чего интересуешься? У тебя наверняка элитная хата где-нибудь в «Берегах».
– Угадал, именно там. Стой… А откуда ты…
– Я знаю, чей ты сын. – Михась за разговором разлил пиво по стаканам и разложил закуску по тарелкам. – Поэтому мне и странно, что ты моей обшарпанной хатой заинтересовался.
– Отказался от меня батя.
– Знаю, что вы в ссоре, но рано или поздно…
– Михась, давай не будем об этом, ладно? Больная тема.
– Как скажешь. Выпьем?
Он поднял свой стакан. Ренат последовал его примеру. Они чокнулись и сделали по большому глотку.
– Крутяк, – крякнул Михась. Пиво оказалось насыщенным, терпким, но без горечи или сладости. Аверченко не бывал в Германии и не знал, какое оно там, но предполагал, что именно такое.
– Да, неплохое пиво, – согласился с ним Ренат. – А квартирный вопрос меня начал беспокоить давно. Дело в том, что содержать элитное жилье удовольствие не из дешевых. У меня уже долги по квартплате. И машину не застраховал, поэтому передвигаюсь на метро. В общем, банкрот я. И надо что-то с этим делать.
– Будешь продавать?
– Придется. Хотя есть одна тема…
– Что за тема?
– Объясню. Но попозже. Хочу насладиться первой кружкой пива.
Михась не возражал. Позже так позже. Хотя ему лично разговоры наслаждению не мешали.
– Рыбу будешь? – спросил он и взялся за самый жирный кусок, где брюшные плавники. Откусил и резюмировал: – Ничего такая…
– Нет, я фисташки.
Пиво немного дало в голове, Михась расслабленно откинулся на спинку допотопного углового дивана, обитого клетчатым гобеленом.
– Слушай, объясни мне, как ты мог терпеть столько времени Дору Эленберг? Или как ты ее называл, Вейдер.
– С трудом. Но я должен был удержаться на своем месте.
– Ты в месяц получал столько, сколько раньше за ночь прогуливал.
– То раньше… – Ренат залпом выпил пиво. А в стакане было больше половины. – Ты слышал о еврейском золоте? – выпалил он, утерев оставшуюся на губах пену тыльной стороной ладони.
– Может быть, – пожал плечами Михась. Он решил, что Ренат хочет обсудить с ним какую-нибудь телепередачу из разряда «Сенсации ХХ века» или «Тайны сильных мира сего».
– О предках Доры слышал? О прадеде ее Марке Эленберге, который половиной нашего города владел? И сыне его Аароне, погибшем в революцию?
– Не-а. А почему Аарон погиб? За белых воевал?
– Золото, нажитое отцом, не хотел отдавать красноармейцам. Говорил, не знаю ни про какое золото.
– Может, правда не знал.
– Скорее всего. Вот сам посуди… – И Ренат рассказал историю, услышанную от матери.
– Городские легенды, – проворчал Михась, тоже допив пиво. – А лучше сказать, байки. Особняк перестраивался несколько раз, и если бы в нем имелся тайник, то давно был бы обнаружен.
– Секунду! – Ренат встал и прошел в прихожую, в которой на крючке, вбитом в дверь кладовки, висела его сумка. Открыл, достал лист бумаги, сложенный вчетверо, и развернул его. – Смотри.
– Что это?
– План особняка. Дореволюционный.
– Где ты его раздобыл?
– Искал по архивам и библиотекам и откопал. Тут же копию сделал. И стал изучать. Посмотри повнимательней.
Михась не стал спорить, взял план в руки.
Когда-то Аверченко в любых схемах разбирался на раз-два. Как-то раз бронетранспортер починил, ознакомившись с его «начинкой» по картинке, вырванной из учебника по военной технике. Но с годами навык утратил. И смотрел на план здания, в котором бывал почти ежедневно, как баран на новые ворота.
– Еще пивка? – предложил Ренат. – Как говорят, без пол-литра не разберешься, а мы еще столько не выпили.
– Наливай.
Когда стакан наполнился, Михась разом его опустошил. Кинул в рот пару луковых колец и вернулся к плану.
– Жаль, нет настоящего, – сказал он, прожевав. – Было бы легче ориентироваться.
– Да я все расчертил, ты внимательнее просто смотри.
– Это «терракотовый» зал? – спросил он, ткнув в определенное место.
– Именно.
– Странно…
– То есть тебе тоже кое-что кажется странным?
– Там какое-то скрытое помещение есть.
– Точно!
– И как будто не одно.
– Судя по плану, два. – Ренат указал в один и второй, их он на плане изобразил туго набитыми мешочками. Это прикольнее, чем крест или галочка. – Но я нашел только один.
– Нашел?
– Да, вчера, когда обслуживал «терракотовый» как официант. Туда еще не пускали гостей, я вызвался подготовить столики к их приему, ну и… – Он постучал пальцем по плану. – Вот тут ход. За деревом из «Аватара».
Михась напряг память. Да, имелось в том зале дерево. Выступало из стены стволом, а его кроны ползли по стенам и потолку. Венчали ветки светильники. Пожалуй, эту полуколонну можно было сравнить с Эйвой… Кажется, именно такое название (или имя?) было у культового растения из «Аватара».
– Как ты добрался до входа? – полюбопытствовал Михась. – Ковырял ножом?
