Огорчиться пришлось ещё больше, когда его место заняла Сэлли, блондинка с внешностью Мерлин Монро. Видимо, она дружила с моей предшественницей. Уж не знаю, какие эмоции испытывала к этой особе Эмма, но мне она была органически неприятна.
– Что это было? – жарко зашептала она ярко накрашенными губами. – Что от тебя хотел Блэйд?
Вот так я сейчас всё взяла тебе и выложила.
– У нас, что? Негласный договор, по которому я обязана отчитываться перед тобой о каждом проделанном шаге?
Блондинка, обиженно глянув на меня, надула губки.
Занятия тянулись один за другим.
Когда чего-то не понимаешь и всё сложно, в одном часе непостижимым образом ухитряется уместиться три. Но на свете нет ничего бесконечного. Всё кончается, даже сама жизнь, уже не говоря о занятиях.
Эвелин и Эльза поджидали меня перед обедом в комнате.
– Как прошёл день? – спросила младшая сестрица Эммы.
– Отлично. Самое хорошее в нём то, что занятия остались в прошлом.
– Всё так плохо? – с сочувствием поинтересовалась Эвелин.
– Ну, как тебе сказать? Из десяти заданий с десятью я не справилась. И это будучи хвалённой отличницей. Преподы в очередной раз придумали какие-то отмазы для своей любимицы. Но надолго ли их хватит?
– Преподы придумали – что? – изумлённо хлопнула ресницами Эльза.
Я отмахнулась. Мол, неважно.
– Ладно, война войной, а обед по расписанью. Пошли в столовую?
В столовой наряду с остальными пришлось оказаться свидетелями картины, не сказать, что прелестной.
Хотя, кому как. На любителя.
Кузен Винтер вразвалку сидел на стуле. У него на коленках, словно всадница на лошади, сидела какая-то девица. Они страстно, самозабвенно лобызались, не обращая внимание ни на осуждающие, ни на завистливые, ни на откровенно любопытствующие взгляды студентов с младших курсов.
По мне, в выставленной напоказ страсти всегда слишком много театральности. Ну, и нахальства, естественно. Возможно даже эпатажа. Истинных чувств нормальные люди демонстрировать не станут. Хотя бы из суеверия. Вдруг сглазят?
– О! Кузен сегодня в ударе, – хихикнула Эльза. – Вы опять поссорились?
– Нет, – отрезала я.
– На самом деле Винтер зол на тебя за то, что ты, в очередной раз, отмазала Блэйда от исключения из Института, – проинформировала Эвелин.
– Я? Отмазала? Когда?
– Разве ты не говорила с директором?
– Говорила. Только не вижу взаимосвязи между этим разговором и приступом эксгибиционизма у Винтера.
– Приступом эксгиб… чего? – снова в недоумении похлопала ресницами Эльза.
Ресницы у неё были красивые. Она пользовалась каждым удобным случаем это продемонстрировать.
– Сексуальное удовлетворение, достигающееся путём демонстрации половых органов незнакомым людям, – просветила я красавицу-блондинку.
– Винтер ничем подобным не занимается! – возмутилась она.
– Похоже, тебя эта картинка злит? – усмехнулась Эвелин.
Противно так, многозначительно ухмыляясь. Мне даже захотелось её хорошенько пнуть.
– Забавно. Раньше было то же самое, – продолжала разглагольствовать она. – Кузен всегда умел найти правильный способ тебя взбесить. Ты ревнуешь?
Ревную? Я прислушалась к себе. Нет. Ничего подобного. Ни тени ревности.
– Мне нравятся скромные люди, – холодно подвела итог я, занимая место за столом. – Если уж так припекло, следовало оставаться в спальне.
Судя по виду разомлевшей красавицы, она была готова кончить прямо здесь. И это было противно. Брезгливая я девица.
Скосив глаза в бок, я заметила, что являюсь не единственным неравнодушным зрителем.
Глаза Азы были полны слёз. Вот чёрт! Кузен – поганец. Зачем портить девушке нервы? Разве он не видит, до какой степени небезразличен ей?
– Кадэр глаз с кузена не сводит, – хихикнула Эльза, накручивая локон на изящный пальчик с отличным маникюром. – Настолько слюни распустила, что даже не берёт на себя труда их скрывать.
– Закрой-ка рот, – прикрикнула я на неё.
– Ты чего? – обиженно протянула блондинка.
– Того. Злопыхательство не полезно для здоровья. Ешь лучше свой грибной суп.
– Ты заступаешься за эту дурочку, бегающую за нашим кузеном, как собачонка? Да ещё смеешь повышать на меня голос? Ты её жалеешь? – недоверчиво протянула Эльза.
– А что? Это запрещено каким-то негласным законом?
Блондинка фыркнула, передёргивая плечами, и ещё выше задрала точёный подбородок:
– Ты меня разочаровываешь, Эмма. Тратить сочувствие на глупую гризетку, у которой хватает ума, чтобы заглядываться на парня, не желающего её знать.
– Уверена, что с тобой такое никогда не случится?
Эльза посмотрела на меня так, как будто я разделась донага и отплясала гопака – как на буйную сумасшедшую.
– Что за вопрос? Прежде чем я соизволю обратить внимание на мужчину, ему придётся доказать, что он достоин его. И уж конечно он не должен не то что целоваться – взгляд на другую поднимать. Да и тогда ему придётся изрядно попотеть, добиваясь моего снисхождения.
Пришёл мой черёд хлопать глазами. Она всё это серьёзно?
– И уж точно не поцелуями он будет доказывать мне свою любовь.
– А чем?
