Раньше крокодилятинку пробовать мне не доводилось. Не приживаются крокодилы в реках сибирских. Потому и не пробовал. А зря. На вкус вроде молодой нежирной свининки. Аппетит я нагулял неимоверный и трескал деликатесы трудолюбиво и темпераментно.
Но пока я о крокодилятине и ее производстве в промышленных количествах размышлял, народ кругом вел себя нестесненно, непринужденно делился со мной мыслями и впечатлениями. Довелось узнать мне о разведении крокодилов немало нового. Проблем с ними оказалось много. Во первых это не правда, что они не болеют. Они болеют. У них, к примеру, случаются раздражения лапок. Еще они кашляют. Кроме того у них случается зуд в попе. И брачный период по достижении возраста зрелости. От всех этих бед они дерутся и портят ценный мех... в смысле, свои ценные шкурки. Ради этих-то шкурок хозяева фермы дело и затеяли. У них тут и фабричка по выделке крокодильей кожи, и цех швейный. Проблема заключалась в мясе, возникающем при отъеме у крокодила шкурки. С одной стороны, мяско - деликатес, пользующийся повышенным спросом в ресторанчиках и барах Рино. С другой стороны, возить его по местной жаре за двести километров, не имея рефрижератора - дело беспонтовое. Тухнет оно на первой сотне километров.
В результате ферма теряет немалую часть прибыли от продажи мяса. Крокодило-кооператоры сами не справляются с потреблением. Именно так. Кооператив тут у них образовался. Крокодиловодческий. Приходится скармливать деликатесный продукт его поставщикам. А тем и рыбы из реки более чем достаточно. Такое безобразие сильно правление раздражает, но приобретение вездеходного холодильника все время по разным причинам откладывается. По реке же везти еще дольше. Но - дешевле. Однако доходы не позволяют пока приобрести подходящее, снабженное холодильниками судно. Да и не так много мяса ежесуточно дает ферма, чтобы флотом обзаводиться. Организация производства консервов тоже дело дорогостоящее. Вот такие дела, сеньор!
Пока я скушал добавку, чуть было совсем профессиональным крокодиловодом не сделался. По крайней мере в теоретической части крокодиловодства. Откажет летное здоровье - смогу заняться разведение крокодилов. Воспылал я энтузиазмом и внес на обсуждение кооператива предложение: отчего бы не возить мясо по ночам? Когда прохладно. Неужели дороги до Рино настолько нехороши, что не позволяют это делать? Меня дружелюбно похлопали по плечу, сказали мне, что сразу видно "новато", сказали, что никто тут по дорогам ночами не ездит, и застращали дорожными "бандидо", "хиена грандес" и другими жуткими хищниками. В том числе и ночной специализации. Мрак!
Подъехал "Мерседес", из которого бодро выскочили доны: Энрике, Рафаэль, Паблито. Я их сразу узнал. Но как же разительно изменился их внешний облик! Их стиль. Куда делись скромные невыразительные бойцы в камуфляже? Волосы стянуты в конский хвост. На шеях жирно-желто блистают златые братковские цепи. На запястьях сверкают не менее золотые "пульсерас". Немыслимо ярких расцветок рубашки навыпуск, под которыми грозно топорщатся пистолеты. На руках какие-то витиеватые тату... вероятно, способные немало сказать знающему человеку. Моментально пришли на ум недавно упомянутые "бандидо". И эти люди опасаются возить ночью крокодилятину? Да сами-то они кто?!
Следом за ними, соблюдая высокое достоинство, неторопливо покинул салон автомобиля седовласый крепыш, возрастом явно за шестидесятник. Все его бурно поприветствовали, называя "хефе". Начальник приехал. Звали начальника - Хосе. Не торопясь подошел к столу, подождал, пока народ освободит для него место прямо напротив меня. Не торопясь присел. И сказал, добродушно улыбаясь:
- Это ты будешь русский пилот?
- Почему буду? Уже стал. - Слегка нахамил я ему от растерянности. Поскольку сказано мне было на чистом русском языке. Практически без акцента.
- Удивлен, что я говорю по-русски? Я Астраханский рыбвтуз заканчивал. По промрыболовству.
- Нет, сеньор. Не удивлен. Но растерян немного. Сдается мне, сеньор, что вы не один тут такой... русскоговорящий... Сдается мне, что тут и остальные меня неплохо понимают. Но скрывают это.
- Как тебя зовут, пилот?
- Виталий, дон Хозе. Виталий Николаевич Ружейников. Отставной лейтенант ВВС.
- Не один я учился в Союзе, Виталий. Многие кубинцы у вас образование получили. Те, что постарше. И в школах на Кубе язык преподавали. Поэтому многие по-русски понимают. Не стоит Ордену знать, что кубинские переселенцы из Флориды через одного знают ваш язык. Мало ли какие выводы сделать могут из этого?
- Понятно. Светиться не хотите?
