Ну, вроде отбрехался! Поверила она, нет ли не ведаю. Вряд ли. Но хоть загривок грызть перестала. Тормоз стояночный не забываем. Кран керосиновый закрываем. Потом выключаем авионику и все остальное. Приехали. Григорий уже снаружи шуршит, опять не дождался полной остановки винта... Учишь их учишь, как об стенку горох. Вот так влезет под винт по горячке, и что я потом скажу его маме? И будет далеко не первый. И даже не десятый. Опять придется его воспитывать. А я с армии ненавижу среди личного состава воспитательную работу проводить. Всегда поражался тупорылости отдельных представителей человечков составляющих основную массу военнослужащих срочной службы, совершенно не задумывающихся о ближайших последствиях своих действий. Не говоря уже о дальних.
Вот поперся ты в самоход к примеру. Все понимаю. Спермотоксикоз. Никто солдату эту арфу не припас. Душа музыки просит. Но, нафига же попадаться? И три дня у задушевной подруги чай пить, чтоб тебя с собаками искали и потом в дисбат на дополнительную строевую подготовку определили. Вот и этот... пряник. То, что винт вращается, ему по барабану. Ему интересно посмотреть, кто там нас встречать приехал и нет ли среди встречающих девушки его мечты. И он прется открывать грузовой люк перед носом самолета, хотя, если обойти с хвоста, то получается гораздо ближе и безопаснее! Высунулся я из машины и единственное, что сказал печатного обормоту в спину: "какого хрена!". Чем удивил его безмерно. Лаконизмом и культурой речи. Но о чем это я, он так и не понял.
Винт встал. Махнув рукой ближайшему водиле, чтобы подъезжал, полез подавать груз триста. Буханки санитарные довольно высокие и грузить было вполне удобно. Из люка и прямо в машину. Там доктора сразу их в работу принимали, иголками тыкали, провода к ним подключали, пытались понять, что им Катя толкует по поводу проведенных ею процедур. Но дело не затянулось. Как последнего погрузили, так они и уехали, помаргивая и повизгивая.
И остались мы на горячем еще, после дневной жары, летном поле с интересом разглядывая аэродромные памятники архитектуры. А ничего так, для сельской местности, выглядит просто по столичному. Особенно слово "Демидовск" раскрашенное неоном под Андреевский российский военно-морской флаг. Любопытное явление! А возможно, и знаковое. Народ аэродромный туда-сюда шастает с видом целеустремленным и деловым. Кругом фонари горят, стоянки освещая, рулежки светятся. Все, как на новый год, разноцветное такое. Взяли мы ручную кладь да и пошли в аэропорт на контроль и официальные процедуры. Ну здравствуй, Родина!
Прямо перед нами усталой походкой лениво брел высокий тощий офицер в летном комбезе. Догнал я его, хлопнул легонько по погону и деликатно осведомился:
- Простите уважаемый, не подскажите найдется ли в аэропорту гостиница, ночь скоротать трем усталым пут...
Офицер лениво повернулся вокруг вертикальной оси, поднял глаза, вглядываясь... и я его узнал.
- Андреев, Андрей Иванович! - Скорее утвердительно, чем спрашивая произнес я изумленно.
- Не буду отрицать... начал он... и тоже меня признал - Лейтенант Ружейников, Виталий Николаевич! Витамин, это ты, что ли? Или не ты? Да точно, ты! Это ж сколько лет и зим! Ты какими судьбами тут? У нас в РА служить будешь? Давай ко мне, в тяжелую эскадрилью. Я тебя инженером эскадрильи сразу возьму. Ты хоть и опездол по жизни, но руки у тебя из золота. По самую задницу. Откуда они у тебя, собственно, и растут. Капитана получишь сразу, не меньше, я представление напишу. Или тебя уже сосватал кто? Ты с кем прилетел?
И стали мы обниматься и хлопать друг друга по спинам и задницам. Причем все больше меня, поскольку уважал я этого человека, как не знаю кого больше и по заднице его хлопать стеснялся. Хоть он меня и окрестил так неделикатно после достопамятного того офицерского собрания. В следствие которого меня из рядов и выперли. За отсутствие патриотизма и нежелание правильно воспринимать политическую ситуацию в стране.
- Пошли в кабак! Такую встречу не обмыть - грех великий. Посидим за водкой, расскажешь все...
- Да погоди, Иваныч, Ты вот с супругой моей познакомься... - и представил - Екатерина Матвеевна Ружейникова-Фокаиду, будущая мать моих детей. А это у меня воспитуемый, курсант Гриша Санчес, кубинских кровей, практически член семьи, ну и наконец позволь представить тебе Монморанси с Хиоса, сына Ареса и внука Пирата. Домашний любимец и большой пройдоха, драчун и собачий бабник. Прошу любить и жаловать!
- Чрезвычайно приятно познакомится! - Андреев щегольски щелкнул каблуками и на миг склонив голову весьма элегантно поцеловал Кате ручку.
- Взаимно! Но нам совершенно необходимо немедленно устроится в какой либо отель по близости, после чего мы с удовольствием примем ваше любезное предложение и непременно выпьем с вами водки, в честь столь неожиданной и приятной встречи!
