Убийство на собственной яхте крупного олигарха связывает в узел судьбы Киры Быстровой, беглых сотрудников французской разведки, командира африканских «чёрных леопардов» Мадибу Окпара и американского «морского котика». Пережив ряд приключений раздельно, они в конце концов собираются все вместе и пытаются установить, где находится ключ к завещанному Кире наследству. Ключ неожиданно обнаруживается, но он обезличен, и воспользоваться им может каждый, кто им завладеет. А когда претенденты на богатство имеют специальные навыки и оружие, предсказать исход довольно трудно…
Как бы ни был человек велик, богат и могуществен, если выстрелить ему в голову, он умрет, как простой бедняк.
Свой последний рассвет он встречал, сидя в ротанговом кресле, отделанном добытыми им самим акульими зубами, на четвертой палубе своей любимой яхты «Ориент», известной не только яхтсменам и любителям водных путешествий, но и всему правящему и деловому истеблишменту планеты. Все знали, что это самая ценная игрушка шейха Ахмеда бен Касима, даже более любимая, чем уникальный дирижабль «Звезда Африки», выигранный им на странном пари, о сути которого мало кто знал. Именно в «Ориент» он вкладывал не только бешеные деньги, что не удивительно для олигарха такого уровня, но и свою загадочную восточную душу, внешних проявлений которой он никогда не демонстрировал, оградив столь нематериальную категорию, как внутренний мир, панцирем внешней невозмутимости, выполнявшей свою роль так же успешно, как броня швейцарских, люксембургских и арабских сейфов обеспечивала сохранность его вполне материальных капиталов.
Он действительно был очень богат. Жадная молва утверждала даже, что металлические желтые буквы, образующие на белоснежных бортах и корме название судна, отлиты из чистого золота, что было неправдой, — точнее, вполне допустимым добросовестным заблуждением, ибо «Ориент», даже в ряду аналогичных атрибутов преуспевания, принятых в кругу финансовых магнатов высшего уровня, был нафарширован всякой инженерией с заметным избытком. Понятно, что солнечными батареями, лифтами, эскалаторами и подводной комнатой обзора с прозрачными стенками нынче никого не удивишь — так же, как вертолетом на кормовой посадочной площадке, форсированными двигателями и прочими аналогичными прибамбасами… Да и небольшая субмарина, ждущая своего часа в шлюзе носового ангара, не является уникальной — такая имеется и в «Черной жемчужине», и в «Золотом бризе», и в «Лунном затмении», и еще в нескольких строящихся на немецких и голландских стапелях яхтах… Но системой искусственного интеллекта, соединенной с автопилотом и спутниковым навигатором, похвастаться пока не мог никто!
И сейчас «Ориент» вел именно автомат, что являлось одной из странностей сегодняшнего утра. Но не единственной. Экипаж и обслуживающий персонал судна составляли двенадцать человек, но вокруг не было видно ни одного. Даже не сводившие с него глаз телохранители, которых шейх не любил держать возле себя, не наблюдали за ним, как обычно, из какого-нибудь укрытия. Матросы не убирали со всегда стерильной тиковой палубы бьющихся или уже сдохших летучих рыб, а отменно выученная прислуга не спешила заменить белоснежную, обычно идеально отглаженную джалабию босса на одну из десятка свежих, ожидающих в платяном шкафу… Эти вроде бы мелочи, незаметные глазу обычного человека, не могли происходить в окружении шейха Ахмеда бен Касима, который жил вне усредненной обыденности, в особом, невероятно фешенебельном измерении, с четко прописанными и безупречно исполняемыми правилами.
Миллиардное состояние, дворцы и виллы по всему свету, яхта за восемьсот миллионов долларов и дирижабль ценой в миллиард, друзья из числа богатейших людей планеты и влиятельные политики, среди которых были даже руководители некоторых государств, — все это образовывало его мир, истекающий жиром власти, словно отборный ростовский рыбец, и сверкающий богатством, как открытый сундук с бриллиантами, испускающими ослепительно-острые красно-бело-зеленые лучи…
Признанные красавицы и знаменитейшие дамы планеты спали с ним за такой гигантский гонорар, который исключал даже мысль о проституции, — напротив, подтверждал самую искреннюю и чистую братско-сестринскую любовь, которой могла позавидовать даже идеально-безупречная Золушка — образец скромности, порядочности и бескорыстия из классической сказки… В непорочность отношений и помыслов верили даже мужья временных возлюбленных шейха. Или, по крайней мере, очень искусно делали вид, что верили…
А про донской рыбец рассказала не сказочная, а настоящая русская Золушка, когда он пытался удивить ее самой дорогой в мире «платиновой» икрой белуги-альбиноса на борту дирижабля, принадлежащего тогда еще мировому алмазному королю и его хорошему приятелю и партнеру Джелани Афолаби. Тот собирался жениться на Золушке, друзья даже заключили пари, поставив на кон самые дорогие свои игрушки — «Ориент» и «Звезду Африки»… Женитьба сорвалась: Золушка, вильнув хвостом, как хитроумная пустынная ящерица Ягури из восточных мифов, оставила кандидата в мужья с носом и закопалась в песок, не оставив на поверхности даже следа.[1] Джелани проиграл, а Ахмед выиграл, но судьба не дала им времени огорчаться и радоваться: Афолаби вскоре казнили за подлинную или мнимую государственную измену, а бен Касим…
