- Без четверти четыре. Вы меня извините, Пётр Васильевич, мы ведь, в сущности, с вами так мало знакомы. Мне хотелось бы, так сказать, выяснить…
Он замолк, выбирая выражение.
- Хотелось бы выяснить наши отношения. Вы меня понимаете?
Этого можно было не спрашивать. Конечно, Пётр Васильевич понимал. Он наклонил голову.
- Вполне, - сказал он.
- Стало быть, уточним обстоятельства, - мягко сказал лейтенант, не торопясь и как бы продолжая выбирать выражения. - Простите, вы член партии?
- Нет, я беспартийный, - сказал Пётр Васильевич, почему-то слегка краснея. - Но, я думаю, это не имеет никакого значения?
- Конечно, конечно. Я просто уточняю. Мы сейчас все большевики - партийные или непартийные. Не так ли? Сколько я вас понял, вы офицер Красной Армии?
- Да. Командир батареи. Мне полагалась броня, но я…
- Это понятно.
Лейтенант Павлов замолчал и молчал довольно долго, видимо что-то обдумывая.
- Пётр Васильевич, - наконец сказал он, - нас столкнула судьба… Вы сами видите, при каких обстоятельствах. Надеюсь, для вас ясно, что я выполняю определённое боевое задание. Вам не надо объяснять, какое. Это задание партии и правительства. Государственное задание.
Пётр Васильевич кивнул.
- Понимаю.
- Так вот. Не сочтите это за излишнюю прямолинейность, но мне надо знать, каковы ваши намерения? Учтите, что я задаю вам этот вопрос не только от себя, но также от имени государства.
Пётр Васильевич сделал движение, но лейтенант Павлов остановил его, дотронувшись рукой до его плеча.
- Не надо торопиться. У нас есть ещё минут семь времени. Обдумайте и тогда скажите.
- Нахожусь в полном вашем распоряжении, - быстро сказал Пётр Васильевич.
- Я так и думал.
Лейтенант Павлов протянул руку, и они обменялись быстрым, крепким рукопожатием.
- Сейчас у нас нет времени для более подробной беседы, - сказал Павлов. - В данную минуту перед нами - передо мной и перед вами - стоит одна задача: благополучно уйти из парка. Куда? Положитесь в этом на меня. Я доставлю вас в сравнительно безопасное место. Каким образом? Очень простым. Я поведу вас, как арестованного. Вы - впереди с вещами, со своей торбой, а я - сзади с пистолетом. Нам с вами это очень подойдёт. Вы себе это уясняете?
- А что ж!… - усмехнулся Пётр Васильевич, с наслаждением подчиняясь лейтенанту Павлову, его лёгкому и вместе с тем твёрдому, дружескому тону.
- Мы ещё здесь с вами задержимся минуточек на пяток, а уж потом двинемся.
Лейтенант Павлов посмотрел на часы.
- Имеется ещё шесть минут.
Пётр Васильевич не счёл себя вправе расспрашивать. Лейтенант Павлов понял его деликатность и поблагодарил молчаливой улыбкой, в которой Пётр Васильевич прочёл обещание в скором времени всё ему объяснить.
- Вы по каким улицам сюда добирались? - как бы вскользь заметил Павлов. - По Мара-злиевской, случайно, не проходили?
- Маразлиевская оцеплена.
- Ах, вот как! - оживился лейтенант Павлов - Это очень любопытно!
Он даже потёр руки, как будто известие о том, что Маразлиевская оцеплена, доставило ему величайшее удовольствие.
- Повидимому, туда въезжает какое-то крупное румынское и немецкое начальство, - сказал Пётр Васильевич. - Во всяком случае, я заметил усиленное движение.
- Вы заметили усиленное движение? Легковое или грузовое? - быстро спросил лейтенант Павлов.
. - И то и другое.
- Ага. Это очень хорошо. Даже просто замечательно! Вам не пришло в голову, что они въезжают в наш дом?
- Вы имеете в виду дом Госбезопасности?
- Точно. Превосходный дом. Вы, наверное, обращали на него внимание. Шесть этажей.
- Они, наверное, собираются разместить в нём сигуранцу и гестапо.
- Вполне возможно. Даже более, чем возможно. Наверное, так, - оказал лейтенант Павлов, с наслаждением нажимая на слово «наверное».
Он снова взглянул на часы, и лицо его вдруг стало неподвижно-решительным.
- Одну минуточку, - сказал он. - Будьте готовы. Сейчас мы выйдем. Не забудьте порядок: впереди вы с вещами, позади я с пистолетом. И точно исполнять все мои приказания.
- Слушаюсь, товарищ Павлов.
- Да, ещё один момент. Забудьте, что я Павлов. Лейтенанта Павлова нет. Есть некто Дружинин. Начальник подпольной организации Дружинин. Вы запомните эту фамилию?
- Запомню. Дружинин.
- Простая, энергичная русская фамилия - Дружинин. Дружина товарища Дружинина. «С дружиной своей в цареградской броне…»
- Дружинин, - повторил Пётр Васильевич.
- Стало быть, договорились. Что бы ни случилось - Дружинин. Но не беспокойтесь, ничего не случится.
С этими словами «Дружинин» отошёл в угол, стал на колени и посветил себе фонариком.
