Мы предлагаем отечественному читателю блестящий перевод Марины Май пьесы о приведениях из репертуара японского театра Кабуки. Она была записана в 30-х годах XIX века и сразу же принесла своему автору успех. Действие, обрамленное увлекательными картинами нравов старой Японии, содержит две сюжетные линии, чередование которых держит читателя в постоянном напряжении и не позволит отложить книгу, не дочитав ее до конца.
Санъютэй Энтё
Пионовый фонарь
Мистическая драма в 2 действиях.
Перевод со старояпонского языка М. Май.
Действующие лица
ИИДЗИМА ХЭЙТАРО – самурай, 22 года.
ИИДЗИМА ХЭЙДЗАЭМОН – он же, 40 лет.
КОСКЭ – слуга Иидзимы, 21 год.
О-КУНИ – наложница Иидзимы.
МИЯНОБЭ ГЭНДЗИРО – любовник О-Куни, племянник Иидзимы.
О-ЦУЮ – дочь Иидзимы, 17 лет.
О-ЁНЭ – ее служанка, 30 лет.
ХАГИВАРА СИНДЗАБУРО – ронин, свободный самурай, живущий на доходы с рисовых полей и домов, сдаваемых внаём, 25-27 лет.
ЯМАМОТО СИДЗЁ – его приятель, лекарь-шарлатан, «знаток» древней китайской медицины.
ТОМОДЗО – человек, снимающий вместе с женой пристройку во дворе у Синдзабуро, работает у него во дворе, 38 лет.
О-МИНЭ – жена Томодзо, ведёт у Синдзабуро хозяйство, 35 лет.
ХАКУОДО ЮСАЙ – гадатель-физиогномист, также снимает домик во дворе Синдзабуро, 70 лет.
НАСТОЯТЕЛЬ РЁСЭКИ – настоятель храма Симбандзуй-ин, 53-55.
АИКАВА СИНГОБЭЙ – самурай, будущий тесть Коскэ, 54 года.
О-ТОКУ – дочь Аикавы, 17 лет.
КОРМИЛИЦА – женщина, воспитавшая О-Току.
ДЗЭНДЗО – слуга в доме Аикавы Сингобэя.
ФУДЗИМУРАЯ СИМБЭЙ – держатель оружейной лавки.
КУРОКАВА КОДЗО – спившийся самурай.
ГЭНСКЭ – слуга в доме Иидзимы, по возрасту старше всех остальных слуг.
О-ТАКЭ – служанка в доме Иидзимы.
О-КИМИ – служанка в доме Иидзимы.
СЛУЖКА в храме Симбандзуй-ин.
КАМЭДЗО, ТОКИДЗО – слуги соседских самураев.
ХОЗЯИН ХАРЧЕВНИ в Курихаси.
О-РИЭ – мать Коскэ.
ГОРОДЗАБУРО – брат О-Куни.
КЮДЗО – погонщик лошадей, приятель Томодзо в Курихаси.
БУНСКЭ – приказчик Томодзо.
ТОСКЭ – первый слуга Иидзимы, молодой юноша.
О-МАСУ – служанка в доме Томодзо, 30 лет.
ИСИКО БАНСАКУ – сыщик службы князя.
КАНАЛ ТОТАРО – сыщик службы князя.
РАССКАЗЧИК – дзёрури.
СТРАЖНИКИ.
В древней Японии применялся лунный календарь, заимствованный в Китае.
Весна - 1—3 луна
Лето - 4—6 луна
Осень - 7—9 луна
Зима - 9—12 луна
Сутки делились на двенадцать страж, также носящих имена "двенадцати ветвей" (дзиккан).
Каждая стража делилась на четыре коку. Одно коку соответствовало тридцати минутам.
СтражаЧасыКрыса23-1Бык1-3Тигр3-5Заяц5-7Дракон7-9Змея9-11Лошадь11-13Овца13-15Обезьяна15-17Петух17-19Собака19-21Свинья21-23
Действие первое
Картина первая
РАССКАЗЧИК: Это было давно. Когда город Токио ещё назывался Эдо… В то время Японией правил сёгун из феодального дома Токугава, и чуть ли не каждый пятый был самураем. Высший слой воинов-самураев, служивших при императорском дворе, составляли – хатамото. Законы Токугава разрешали самураям безнаказанно убивать на месте простолюдина – любого, кто посмел неприличным образом вести себя по отношению к членам военного класса…
Одиннадцатого апреля третьего года Кампо, в 1773 году, в Юсимском храме было торжество в честь достойной памяти принца Сётоку. Неподалёку, в третьем квартале Хонго, была тогда лавка оружейника по имени Фудзимурая Симбэй. Возле доброго товара, выставленного в лавке, остановился самурай…
Cтолица Японии - Эдо. Улица. БОГОМОЛЬЦЫ спешат к храму, на улице полно зевак и просто ПРОХОЖИХ. Оружейная лавка. Хозяин - Фудзимурая СИМБЭЙ. Самурай ИИДЗИМА ХЭЙТАРО разглядывает выставленные мечи. На вид ему двадцать два года, лицо белое, взгляд прямой и смелый, волосы уложены строго. На нём хаори – куртка, надеваемая поверх кимоно – и хакама – широкие штаны, заложенные складками у пояса. Его сопровождает слуга ТОСКЭ, он в короткой куртке хаппи, на которой изображён герб его хозяина-самурая, на нём нарядный пояс и деревянный меч, обшитый медью.
ИИДЗИМА: А ну, хозяин, покажи-ка вон тот меч с чёрной рукоятью и с гардой из старого заморского железа…шнур у него не то чёрный, не то синий… Кажется, отменный клинок.
СИМБЭЙ (с готовностью). Сию минуту. Эй, кто там, подать господину чай!.. (Снимает меч.) Нынче у нас в храме торжество, народ валом валит, вы, наверно, совсем замучились от пыли… (Обтирает и подаёт меч.) Вот здесь отделка немного попорчена.
ИИДЗИМА: Действительно, попорчена.
СИМБЭЙ: Зато клинок, как сами изволите видеть, хоть куда. Он вас не подведёт. Товар отменный, из хороших рук вышел… (Протягивает меч.)
Появляется МАЛЬЧИК-СЛУГА, который подаёт чай. Иидзима прикидывает, как меч будет смотреться за поясом, пробует остриё, осматривает головку рукояти.
(Тихо – мальчику). Гляди-ка, вот это настоящий знаток оружия, даже не пробует клинок на изгиб, чтоб определить, не пережжена ли сталь. Сразу видно, что он из господ хатамото, а не из каких-нибудь простых самураев.
ИИДЗИМА: Да, вещь, кажется, весьма хорошая. Работа мастеров Бидзэн, не так ли?
СИМБЭЙ: Ну и глаз у вас! Мы, оружейники, тоже считаем, что это меч работы Тэнсё Сукэсады. К сожалению, в те времена он не ставил клейма на изделиях.
ИИДЗИМА: И сколько ты за него хочешь, хозяин?
СИМБЭЙ: Спасибо, господин. Цена этому мечу была бы большая, если бы на нём было клеймо. Но ничего не поделаешь, клейма нет, и я уступлю вам меч за десять золотых.
ИИДЗИМА: Десять рё? Что-то очень уж дорого. А не уступишь ли за семь с половиной?
(Рё - старинная золотая монета.)
СИМБЭЙ: Да ведь я тогда останусь в убытке! Он мне самому достался недёшево…
