Малец заметил, что глаза Магьер изменялись, по мере того, как ее бледное лицо начало показывать панику.
Она ненавидела быть центром внимания, даже когда это не было риском. Лисил, с другой стороны, впервые улыбался за весь день. Он крепко сжал его конец сундука, когда он ткнул в Молота-Оленя.
Нескольким жителям деревни пришлось пригнуться и увернуться от громоздких сундуков и связок. Выражение Магьер стало ошеломленным, а затем язвительным, когда Лисил потащил ее мимо столов, заполненные деревенскими жителями, теперь все гудели.
— …Тимон, достань тушеное мясо.
— …Марта, принеси эль…Не то, что другие вещи!
— Чай, — быстро бросил Лисил. — Принесите… чай?
Он когда-то провел годы, выпивая сам, чтобы спать, и теперь не касается пива или вина. Он и Магьер положили сундук на пол возле быстро освободившегося стола, когда к ним присоединился Молот-Олень. Малец ждал в помещении сразу за столом и стульями, прежде чем, наконец, сел рядом с Лисилом… и с хорошим видом на все помещение.
У Молота-Оленя уже была обжигаемая глиняная кружка эля в руке. Он грохнул ее на стол, и пена расплескалась повсюду.
— Хорошая ночь, — провозгласил он.
Магьер пристально посмотрела на его торк. Она спрятала свой собственный, сделанную из металла, как лезвия Лисила, в связке у ее ног. Вместо того, чтобы упомянуть торк Молота-Оленя, она положила локти на стол и наклонилась.
— Нам нужно пройти на корабль, идущий на север, — сказала она. — Какой лучший маршрут для порта?
— Далекий север? — Молот-Олень нахмурился. — Зачем? Помимо прибрежных городов, деревень и торговых постов, в Нортленде нет ничего, кроме дикарей и ледяных отходов… если только… — Он покачал головой. — Ах, ничего, для вас там все впереди.
— Вы знаете маршрут? — повторила она.
Он нахмурился, и издал вздох.
— Двигайтесь на запад, на северо-запад в течение двух дней на лошадях, пока не найдете прибрежную торговую дорогу. Следуйте по ней прямо в ближайший прибрежный город, который должен быть Канто, примерно еще пять дней.
Магьер опустились в явном облегчении.
— Только семь дней? — спросила она, и он кивнул. — Спасибо.
Затем ее взгляд вернулся к торку вокруг его широкой шеи.
До сих пор она находила только одно применение для своей собственной — открыть «шар» воды. Малец знал, о чем она должна думать: почему этот гном носит такое устройство?
— Где ты… Что это? — осторожно спросила она.
Лисил молчал, но пристально наблюдал за этим разговором, даже когда маленькая девушка принесла ему глиняный чайник и чашку. Она старалась не смотреть на него — и потерпела неудачу.
Все дальнейшие разговоры закончились, когда перед ними плюхнулись большие чаши тушеного ягненка с картофелем и горохом. Тогда Молот-Олень вручил кружку эля Магьер: она кивнула, но не пила. Наконец на столе лежало деревянное блюдо со свежей буханкой из темного лесного хлеба.
Люди суетились над Молотом-Оленем и спрашивали, нужно ли ему больше эля, когда они подносили еду. Он коротко покачал головой, так как он, казалось, доволен последним вопросом Магьер. Как только у жителей деревни больше не было причин задерживаться, он постучал по одному остроконечному концу своего торка.
— Я танаэ среди других гномов, почитаемый, — сказал он. — Только те немногие, как я, ношу торк. Я теперь доказываю свою ценность в жизни своими делами, если в смерти я надеюсь оказаться среди Вечных.
Единственная часть, которая имела значение для Мальца, заключалась в том, что торк гнома имел значение среди его людей, но не имел ничего общего с целью подобной Магьер. Она, похоже, осознала это и обратила свое внимание на еду.
Лисил наклонился, чтобы положить миску на пол. Малец лакал соус, хотя он не сводил глаз с комнаты и всех в ней. Тушеное мясо было острым с кусками нежного ягненка. Они жили на вяленой и сушеной рыбе целый месяц, и теперь, он облизывал дно тарелки.
На фоне переполненных ртов, Молот-Олень снова собрался говорить, когда Малец услышал, как дверь общежития открылась. Он поднял глаза, когда вошли два гнома. Как и Молот-Олень, местные жители приветствовали их и предлагали пищу и питье. Только когда они были на полпути среди местных жителей, Малец заметил торк через разделенную шею кожаной кольчуги ведущего гнома.
Молот-Олень резко поднялся, оставив оставшуюся часть его ужина на столе.
— Простите меня, но пришли только два спутника. Пришло время обменяться рассказами о наших подвигах. Рассказ — это все как кульминация великих дел.
Малец усомнился, что Лисил мог интерпретировать нуманское значение для «кульминации», но Магьер, казалось, следовала значению гнома. Дела, совершенные, были переданы другим людям для какой-то цели в его роде, кроме обмена новостями о событиях.
Молот-олень подмигнул Магьер.
— Ты заработала свое место в этом разговоре. Из моих уст до ушей Вечности!
Несмотря на это, Магьер попыталась улыбнуться, когда она кивнула ему.
