Пётр Прусов полностью

Алжирскому государству и его армии самостоятельно разрешить проблему разминирования оказалось не под силу. Алжирцы обрати- лись к Западной Германии, Италии, Швейцарии, но получали либо отказ, либо с них запрашивали баснословные деньги. Так, одна из част- ных итальянских фирм за проведение саперных работ потребовала 2 млрд. франков. В сентябре 1962 года алжирское руководство обрати- лось с просьбой оказать содействие в уничтожении минных полей к Советскому правительству, которое согласилось удовлетворить её без- возмездно. Работа предстояла чрезвычайно трудная и опасная, в не- привычных для наших людей условиях.

11 октября 1962 года в Алжир направили первую группу из десяти офицеров-минеров. А 27 июля 1963 года между двумя странами было подписано соглашение о безвозмездном проведении СССР размини- рования алжирской территории. К этому времени советские военно- служащие обезвредили и уничтожили уже более 20 тыс. мин, очистили свыше 650 га пахотных земель. Особая трудность работы советских специалистов заключалась в том, что в их распоряжении не было специальной инженерной техники – танков, тягачей, бульдозеров, раз- рыхлителей. Изготовленные на месте лёгкие тралы для борьбы с про- тивопехотными минами, специальные бороны для их выпахивания были недостаточно эффективными и не могли обеспечить надлежащую безопасность, тем более что плотность минирования была чрезвычайно высокой: на 1 км приходилось от 10 до 20 тыс. мин.

Стало ясно, что без самых современных механизированных средств разминирования не обойтись. Из Советского Союза стали поступать танковые тягачи, бульдозеры, специальные тралы, форсированно ком- плектовалась большая группа специалистов, необходимых для реше- ния задачи, поставленной правительством.

К середине 1963 года в Алжир прибыло более ста советских спе- циалистов. Cреди них оказался и Петр Прусов.

Предстояла тяжелая, опасная, боевая работа. Танки шли в огромных клубах огня и дыма, сотрясаемые непрерывными разрывами мин. В летние месяцы температура внутри танков достигала 60–70 граду- сов. Счёт уничтоженных мин шёл на тысячи, потом – на десятки тысяч.

Случалось, что за один день минёры уничтожали до двух с половиной тысяч мин. Приобретался опыт, совершенствовались методы и способы ведения работ по разминированию. Люди стали работать увереннее, на боевом счету каждого к осени 1963 года было по 10–15 тысяч уничто- женных мин.

Вот что вспоминает Прусов:

– Из Киселевичей нас перебросили внезапно. Сначала я даже не знал, куда везут. Отправили в Одессу, там посадили на корабль, и уже только к исходу вторых суток сообщили, что мы плывём в Алжир тралить мин- ные поля. Как оказалось, заминированы были многие объекты и оазисы в Алжире. Разминированием занимались и мы, и французы. Я был меха- ником танка ИС-2 времён Отечественной войны, оснащённого тралом. Трал – это тяжелая дисковая борона, прикреплённая спереди танка.

Однако в Алжире были специфические мины. Первые потери понесли наши саперы. Именно они проходили разворотные полосы перед тем, как въедут танки. Дело осложнялось тем, что у мятежных французов часть мин оказалась в пластмассовой оболочке. Наши миноискатели об- наружить их не могли! И поэтому при разминировании появились пер- вые жертвы.

В конце концов, сапёры придумали, как танкам с тралом самим про- ходить разворотные полосы. И водители наших танков уже без помощи сапёров тралили минные поля.