Почему у снегирей-девочек грудка серая, а у снегирей-мальчиков красная. Эта история о том, как снегирь Пир на праздновании Нового года увлёкся павлином и улетел с ним в далёкую Индию, забыв о своей девушке Руле. Вскоре Пир понял, что он любит только свою Рулу. Но ему было так стыдно от своего поступка, что грудка его стала алого цвета. В честь Пира и Рулы род снегирей получил латинское название Pyrrhula, что означает огненный.
И снилось мне, что мы, как в сказке,
Шли вдоль пустынных берегов
Над диким синим лукоморьем,
В глухом бору, среди песков.
Иван Бунин
Почему все птицы такие разные? Большинство из них летают, а некоторые нет, одни плавают, другие бегают, одни большие, другие маленькие, одни живут на севере, другие на юге, одни поют, другие издают странные звуки. А какое у птиц разнообразие окрасок оперений! Все эти различия у пернатых происходили благодаря эволюции, хотя некоторые менялись совсем по другим причинам. Каким? Об этом мы и хотели вам рассказать. Неведомо, когда произошла эта история, известно только, что было это зимой, а снегири, девочки и мальчики имели грудку одинакового серого цвета. Вот мы и подошли к главному герою нашего сказа – снегирю, которого звали Пир. У Пира была любимая девушка-снегирь Рула. У наших снегирей были добрые соседи – семья белочек, у которых было три бельчонка.
В зимнее время основная задача всех зверей и птиц – пережить холодные месяцы. Вместе они занимаются поисками пищи, помогают друг дружке припасами и предупреждают об опасности. Но однажды прилетела сорока и, усевшись на высокую сосну, быстро затараторила: «Внимание, внимание! Всем перррнатым! Корроль оррёл-берркут приглашает 31 декабррря на прррразднование перррвого Нового Года! На эту неделю охота перрнатых на перрнатых запррещена!»
– Нет! Это же надо придумать устроить Новый Год зимой, – возмутилась белка-мать, – ну почему не провести его летом?
– Мама! Мама! А что такое Новый? Он вкусный? – спросил один бельчонок, прыгая с ветки на ветку.
– А, что такое Год? Он сладкий? – спросил второй.
– Папа! А что такое прррразднование? – спросил третий.
– Празднование – это… – задумался отец белок, подняв голову и потирая подбородок.
– Так! А ну марш в дом, – строго прикрикнула мама бельчат. – Об этом вам ещё рано знать!
– Ой, Пир, мне почему-то не хочется туда лететь, – грустно сказала Рула.
– Ну, что ты, милая! Я думаю, что там будет очень интересно, ведь там будет много разных птичек…
– И мы хотим! – высунулись из дупла бельчата.
– А, ну, марш по кроваткам! Тоже мне птички нашлись! – строго сказала белка-мать и, обратившись к снегирям, добавила: – Слетайте, Рула! Ведь зимой не так много развлечений.
Пир с Рулой решили побывать на этом праздновании Нового года, хотя бы потому, что они, как и бельчата, не знали об этом ничего.
Неделя пролетела быстро. На огромную заснеженную поляну среди леса, в центре которой стояла высокая ель, начали слетаться птицы со всего света. На краю поляны, на высоком пне, застыв в царственной позе и практически не моргая, сидел орёл-беркут, лишь изредка поворачивая голову на прилетающих гостей.
Две огромные поваленные сосны служили столами. На одной из них были насыпаны зерно, семена, орешки, рябина, на другой – были разложены кусочки свежего мяса и рыбы.
Распорядителем праздника была птица-секретарь, которая вышагивала вперёд-назад и, макая длинное перо в шишку-чернильницу, отмечала галочками в огромной папке из бересты вновь прибывших гостей.
– Уважаемые гости, прошу вас располагаться у столов согласно вкусовым предпочтениям – вегетарианцы налево, хищники направо, – командовала она. – И так, прошу отозваться пару лебедей!
– Мы! – лебеди наклонили свои длинные шеи и прошли к столу.
– Пара синиц! – объявила птица-секретарь, отрывая голову от папки.
– Есть! – раздалось сразу с двух сторон.
– Подождите, вот вы точно синицы, – поправив очки, сказала птица секретарь, – а, вы кто такие?
– А мы – усатые синицы! – ответили птички.
– Да? – секретарь опустила голову в папку. – Точно, есть такие, прошу вас, залетайте!
– Надо же, усатые! Может, и бородатые есть? – в шутку спросила птица-секретарь.
– Есть! Мы – бородатая неясыть! – послышалось сверху.
– Ой! – вскрикнула птица-секретарь, подняв голову. – Зачем же так пугать? Добро пожаловать! Надеюсь, с бородами закончили? – вздохнула она.
– Нет ещё! – раздалось чуть поодаль.
– Это ещё кто?
– Это мы, бородачи!
– Вижу, вижу! Физкульт-привет, – отметила гостей в папке секретарь и тихо добавила: – На праздник прилетели, могли бы и побриться.
– Не понял! – зло перебил грозный самец. – Это ты мне?
– Это, это я себе! – испугалась птица-секретарь. – Как я могла так ошибиться? Говорила мне мама: «учись, не ленись…»
– Ну-ну! – бородач поставил крылья в боки и спокойно добавил: – А то я быстро проведу тебе работу над ошибками!
– Нет! Нет! Я уже всё исправила! Не надо себя утруждать! С Новым годом вас! – облегчённо выдохнула птица-секретарь, когда бородачи удалились. Потом взяла горсть снега, часть съела, а второй частью похлопала себя по лбу и грустно добавила: «Вот я – дурында! Не зря же говорят: слух, как у орла!»
– Уважаемые гости, попрошу отозваться пару фуфу, – боязливо произнесла птица-секретарь тоненьким голоском.
– Нас зовут фифи, а не фуфу! – поправили длинноногие фифи.
– Милости просим, – указывая на стол, сказала секретарь.
– Фу-фу! Фу-фу! – раздалось с другой стороны.
