'Ιλίου ε̉ξαπολοίατ' α̉κήδεστοι καί 'άφαντοι. [Ил.VI.60]
В Трое живущие все и лишенные гроба исчезнут.
‛Ιππόλοχος δ μ' 'έτικτε καὶ ε̉κ του̃ φημι γενέσθαι. [Ил.VI.206]
Жил Гипполох, от него я рожден и горжуся сим родом.
Начинающиеся и оканчивающиеся на σ:
συμπάντων Δαναω̃ν, ου̉δ' 'ήν 'Αγαμέμνονα ει̉πης. [Ил.I.90]
В стане ахеян; хотя бы назвал самого ты Атрида.
σοφὸς ε̉στιν ο̉ φέρων τα̉πό τη̉ς τύχης καλω̃ς. [Kock.III.452]
Мудрец свою судьбу несет с достоинством.
Начинающиеся и оканчивающиеся на ω:
[d] ω̉ς δ' 'ότ' άπ' Ου̉λύμπου νέφος 'έρχεται ου̉ρανόν ει̉σω. [Ил.XVI.364]
Словно когда от Олимпа подъемлется на небо туча,
ω̉ρθωμένην πρὸς 'άπαντα τήν ψυχήν 'έχω.
Ко всем имею душу справедливую.
Следует загадывать также стихи без σ, например [Ил.VII.364]:
πάντ' ε̉θέλω δόμεναι καὶ 'έτ' οίκοθεν 'άλλ' ε̉πιθει̃ναι.
Все соглашаюся выдать и собственных к оным прибавить.
Или стихи, в которых из первого и последнего слогов складываются имена, например:
Αι̉ας δ' ε̉κ Σαλαμίνος 'άγεν δύο καὶ δέκα νη̃ας. [Ил.II.557]
Мощный Аякс Теламонид двенадцать судов саламинских Вывел.
(Получается имя) Аякс (Αι̉ας).
Φυλείδης, 'όν τίκτε Διὶ φίλος ι̉ππότα Φυλεύς. [Ibid.628]
[е] Мегес Филид, сын любимца богов, конеборца Филея.
(Получается имя) Филей (Φυεύς)
ι̉ητη̃ρ' α̉γαθώ, Ποδαλείριος η̉δὲ Μαχάων. [Ibid.732]
Славные два данаев врачи, Подалир и Махаон.
(Получается имя) Ион (Των).
А в других гомеровских стихах из первого и последнего слога складываются названия предметов утвари; например:
ο̉λλυμένων Δαναών ο̉λοφύρεται ε̉ν φρεσὶ θυμός. [Ил.VIII.202]
Сердце твое не страдает о гибнущих храбрых данаях.
Ступка, (ο̉λμός)
μυθει̃ται κατὰ μοι̃ραν 'άπερ κ' οι̉οιτο καὶ 'άλλος. [Од.XVII.580]
Нет; он умно рассуждает, и с ним ты должна согласиться.
Мельница, (μύλος)
λυγρός ε̉ὼν μή που τι κακὸν καὶ μει̃ζον ε̉παύρη. [Од.XVIII. 107]
[f] ...сам нищий бродяга: иль будет с тобою
Хуже беда.
Лира, (λύρη)
А в иных - какая-нибудь пища:
α̉ργυρόπεζα θέτις, θυγάτηρ α̉λίοιο γέροντος. [Ил.1.538]
Старца пучинного дочь, среброногая матерь Фетида.
Хлеб, (άρτος)
μή τι σὺ ταυ̃τα 'έκαστα διείρεο μηδέ μέταλλα. [Ил.1.550]
Ты ни меня вопрошай, ни сама не изведывай оных.
Овца, (μήλα)
88. Однако мы слишком далеко зашли в нашем разговоре о загадках, поэтому пора сказать, какие наказания полагались для тех, кто не мог разгадать загадки (ср.457с). Они должны были пить вино, смешанное (459) с рассолом, и притом единым духом, как видно из комедии "Ганимед" Антифана [Kock.II.42]: {120}
{120 Царь Лаомедонт расспрашивает своего раба об исчезновении Ганимеда.}
РАБ. Увы мне, слишком уж хитросплетенные
Вопросы задаешь.
ЛАОМЕДОНТ. Спрошу понятнее:
Скажи, как сына моего похитили,
И поскорей, пока тебя не вздернули.
РАБ. Ты, господин, загадку, что ли, задал мне?
И должен я сказать о похищении
Мальчишки: знаю ли, и что сказать бы мог?
ЛАОМЕДОНТ. Эй, кто-нибудь, скорей ремень подайте мне!
РАБ. Быть может, я не отыщу решения,
Так ты ремнем решил меня наказывать?
[b] Нельзя! Мне чашу поднеси соленую.
ЛАОМЕДОНТ. А знаешь ты, как выпить ее надобно?
РАБ. Конечно, знаю.
ЛАОМЕДОНТ. Как?
РАБ. Да унести ее,
Как твой залог.
ЛАОМЕДОНТ. О нет, но чашу должен ты
Единым духом выпить и с обеими
Руками за спиной.
89. Вот что рассказали пирующие мудрецы о загадках. А тем временем и нас, пока мы пересказываем сказанное [ими], застает наступающий вечер. Поэтому мы последуем их примеру, и отложим наш рассказ о чашах до завтра. Как в "Любителе жертвоприношений" Метаген говорит [Kock.I.708]:
С каждой сценой всегда я меняю рассказ,
[c] чтобы выставить новые блюда,
Чтобы снова и снова театр услаждать
изобилием этого пира, -
вот так и мы поведем далее рассказ о чашах.
Конец Книги десятой
(459) 1. Ну что ж, с чего начнем повествование? -
это, друг мой Тимократ, слова комедиографа Кефисодора [Kock.I.802]. Так вот, привлеченные обещанными чашами собрались мы в урочный час и стали рассаживаться. Тут-то, не дожидаясь общего разговора, первым заговорил Ульпиан: "На пирах Адраста, любезные мои, самые лучшие мужи угощались только сидя! Это Полиид [первым], совершая жертвоприношение, заставил своего попутчика Петеоя, (460) улечься на траву, наломал зеленых веток вместо столика и положил на них кусок его жертвенного мяса. Но когда Автолик, пришел "в плодоносную землю Итаки" [Од.ХIХ.398], то он сидел там за столом, как в те времена все пирующие, - это видно из того, что новорожденного Одиссея, по слову Поэта [Од.ХIХ.400]:
Новорожденного сына у дочери милой нашел он.
И лишь окончил он есть, на колена ему положила
Это дитя Эвриклея, -
то есть положила на колена, а не поставила возле коленей] Но не будем [b] тратить время, а уляжемся сами, и пусть Плутарх, поведет для нас обещанный рассказ о чашах, а потом выпьет из этих полных чаш за наше здоровье.
2. Слово "чаши" (ποτήρια), насколько я знаю, впервые употребил в своих "Ямбах" поэт Семонид Аморгский [PLG.4 frag.26, Diehl frag.23]:
Забрал он чаши, на столе стоявшие... -
и сочинитель "Алкмеониды", когда говорит [frag.ер.76]:
Уложив мертвеца на широком
Низкоустроенном ложе, обильные им предоставил
