Пир с драконами полностью

Но когда Мокроголовый прислал свой призыв, все изменилось. — «Аэрон говорит голосом Утонувшего Бога», — напомнил себе Виктарион, — «и если Бог желает, чтобы я сидел на Морском Троне…» — На следующий день он передал командование над обороной Рва Ральфу Кеннингу и по суше отправился к Гниловодной речке, где спрятанный в тростнике и ивняке, стоял Железный флот. Неспокойное море и переменчивый ветер задержали его, но, тем не менее, он вернулся, потеряв лишь один корабль.

«Тоска» и «Железная месть» вслед за «Железной Победой» обогнули мыс. Следом шли «Верная рука», «Железный Ветер», «Серый Призрак», «Лорд Квеллон», «Лорд Викон», «Лорд Дагон». Остальные девяносто кораблей Железного Флота скользили следом по вечерним волнам длинной, растянутой на лиги, неровной колонной. Виктарион Грейджой удовлетворенно любовался видом парусов. Никто и в половину не любил своих жен так, как Виктарион свои корабли.

Вдоль священного берега Старого Вика, насколько хватало взгляда, выстроились большие корабли, их мачты словно копья протыкали небо. На рейде покачивались призы, захваченные в набегах или в войнах: когги, каракки и дромоны — слишком большие, чтобы вытаскивать их на берег. На носу, корме и мачте каждого корабля развевались знакомые знамена.

Нут Брадобрей прищурился, что-то высматривая на берегу:

— Неужели это «Морская Песня» лорда Харлоу? — Брадобрей был плотно сбит, с кривыми ногами и длинными ручищами, но его глаза уже не были столь остры, как во времена ушедшей молодости. В те дни, как утверждала молва, он бросал топор так точно, что мог таким образом побрить человека.

— Точно, «Морская Песня». — Похоже, Родрик Чтец оторвался-таки от своих книг. — Там еще «Громовержец» старого Драмма, рядом «Нетопырь» Блэктайда. — Глаза Виктариона не утратили прежней зоркости. Даже с убранными парусами и обвисшими знаменами он легко узнавал корабли, как и подобало Лорду-Капитану Железного Флота.

— «Серебристый Плавник» тоже там. Кто-то из сыновей Сейвина Ботли.

По дошедшим до Виктариона слухам, Вороний Глаз утопил лорда Ботли. Его наследник уплыл с ним ко Рву Кайлин и там погиб, но у него оставались братья. — «Сколько? Четверо? Нет, кажется, пятеро от трех жен, и все как один не испытывают любви к Вороньему Глазу».

И тут он увидел ее: одномачтовую галеру, стройную и низкую, с темно-красным корпусом. Ее паруса, сейчас свернутые, были черными, словно беззвездное небо. Даже на якоре «Безмолвная» казалась жестокой и стремительной. Нос галеры украшала вороненая железная дева с протянутой правой рукой. Ее талия была тонкой, грудь высокой и пышной, а ноги длинными и стройными. По плечам струилась грива черных железных волос. Глаза горели перламутровым светом.

Но у нее не было рта.

Виктарион сжал кулаки. Этими руками он забил до смерти четверых и одну женщину. Хотя его волосы покрылись инеем, он, как и прежде был силен, с широкой бычьей грудью и плоским как у юноши животом. — «Нет проклятья сильнее в глазах людей и богов, чем братоубийство», — напомнил ему Бейлон, в день, когда изгнал Вороньего Глаза в море.

— Он здесь, — сообщил Виктарион Брадобрею. — Спустить паруса. Дальше пойдем на веслах. Прикажи «Тоске» и «Железной Ярости» встать между «Безмолвной» и морем. Остальные корабли пусть блокируют побережье. Никого не выпускать без моего приказа, ни человека, ни ворона.

Люди на берегу разглядывали их паруса. Отовсюду над заливом неслись крики, люди приветствовали друзей и родичей. Но только не от «Безмолвной». Когда «Железная Победа» проплыла рядом, с палуб «Безмолвной» никто из ее пестрой команды немых и полукровок не издал ни слова. Черные как смоль люди молча пялились на него, другие, волосатые словно обезьяны с Сотороса, сидели на корточках. «Чудовища», — глядя на них, подумал Виктарион.

Они бросили якорь в ярдах двадцати от «Безмолвной».

— Спустить шлюпку, я сойду на берег. — Когда гребцы начали занимать места, он пристегнул пояс с оружием. Меч лег на одно бедро, кинжал — на другое. Нут Брадобрей накинул ему на плечи плащ Лорда-Капитана. Он был сшит из девяти слоев золотой парчи в форме Кракена Грейджоев, щупальца которого свисали к сапогам. Под плащ он надел тяжелую кольчугу поверх черной вываренной кожи. На Рве Кайлин приходилось носить доспех, не снимая днем и ночью. Немеющие плечи и ноющая спина лучше, чем окровавленные кишки. Стоило отравленным стрелам болотных дьяволов лишь оцарапать человека, как спустя несколько часов жизнь с воплем утекала из него по ногам вместе с красно-бурой жижей. — «Кто бы ни получил Морской Трон, я должен рассчитаться с болотными дьяволами».

Виктарион одел высокий вороненый шлем, выкованный в виде железного кракена, чьи щупальца извивались вдоль щек, встречаясь под подбородком. Шлюпка уже была готова к отплытию.