— Сир Галладон был рыцарем такой доблести, что сама Дева потеряла из-за него голову. В знак своей любви она одарила его заколдованным мечом. Его называли Справедливость Девы. Ни один простой меч не мог ей противостоять, ни один щит не мог вынести ее поцелуя. Сир Галладон носил его с гордостью, но вынимал его из ножен всего трижды. Он не использовал Деву против простых смертных, потому что она обладала столь сокрушительной силой, что делала любой поединок нечестным.
Крабб решил, что это ужасно смешно.
— Совершенный Рыцарь? А похож на Законченного Дурака. Какой смысл владеть каким-то там волшебным мечом, если ты ни черта им не пользуешься?
— Это честь, — ответила она — Весь смысл в чести.
Это рассмешило его еще больше.
— Сир Кларенс Крабб вытер бы задницу вашим Совершенным Рыцарем, м'леди. Если хотите знать мое мнение, если б они когда-нибудь повстречались, то на полке в Шепоте было бы еще одной проклятой головой больше. — «Надо было использовать волшебный меч», — говорила бы она остальным: — «Надо было пользоваться проклятым мечом».
Бриенна не могла не улыбнуться.
— Возможно, — согласилась она, — но сир Галладон не был дураком. Если бы он встретил противника восьми футов росту, сидящего верхом на зубре, он бы вынул из ножен Справедливость Девы. Рассказывают, что однажды он использовал ее, чтобы убить дракона.
Дик-Пройдоха не был впечатлен.
— Крэкбоунс тоже дрался с драконом, но он обошелся без волшебного меча. Он просто завязал его шею узлом, так что каждый раз, когда тот выдыхал огонь, то поджаривал свою собственную задницу.
— И что сделал Крэкбоунс, когда пришли Эйегон и его сестры? — спросила его Бриенна.
— Он был уже мертв. Миледи должна это знать. — Крабб одарил ее косым взглядом — Эйегон послал свою сестру в Сломанный Коготь, эту Висению. Лорды были наслышаны о печальной участи Харрена. Не будучи дураками, они сложили мечи у ее ног. Королева приняла их как своих, и пообещала, что они не обязаны присягать на верность ни Девичьему Пруду, ни Острову Крабов, ни Сумеречному Долу. Правда, это не помешало проклятым Селтигарам посылать людей на восточный берег собирать свои налоги. Если они отправляют достаточно людей, тогда некоторые к ним возвращаются… а так, мы гнем спины только перед нашими собственными лордами, и королем. Перед настоящим королем, не Робертом и его родней. — Он сплюнул. — Краббы, Брюны и Боггсы были с принцем Рейгаром на Трезубце, да и в Королевской Гвардии тоже. Харди, Кэйв, Пайн, трое Краббов: Клемент, Руперт и Кларенс Короткий. Он был шести футов роста, но все-таки малявка по сравнению с настоящим сиром Кларенсом. Мы, здесь на Сломанном Когте — все верноподданные драконов.
Чем дальше они продвигались на север и восток, тем меньше людей им встречалось на дороге, и, в конце концов, трактиры перестали встречаться. К этому времени дорога вдоль залива была больше похожа на запущенную грядку, заросшую сорняками, чем на проезжую дорогу. В ту ночь они нашли приют в рыбацкой деревушке. Бриенна заплатила местным жителям несколько медяков за возможность переночевать в амбаре. Она заняла для себя с Подриком чердак, и после того, как они поднялись, втащила лестницу наверх.
— Вы бросили меня здесь одного, что, если я, черт побери, украду ваших лошадей, — крикнул Крабб снизу — лучше берите их тоже наверх, м'леди. — Когда она ничего не ответила, он продолжил: — Сегодня ночью будет дождь. Холодный, сильный дождь. Вы с Подом будете спать в тепле и уюте, а старый, бедный Дик будет дрожать от холода здесь внизу. — Он покачал головой, что-то пробурчал, и стал устраиваться на ночлег на куче сена. — Никогда еще не встречал столь недоверчивую девицу.
Бриенна свернулась под плащом рядом с зевающим Подриком. —
Это был тяжелый урок, который оставил ее в слезах, но он сослужил ей добрую службу в Харренхоле, когда сир Хайл с друзьями играли в свои игры. — «Девушке в этом мире необходимо быть недоверчивой, иначе она не надолго останется девушкой», — подумала она, когда начался дождь.
