Пир с драконами полностью

— Рабство в Пентосе запрещено по условиям соглашения, навязанного нам браавосцами сотню лет тому назад. И всё же, они тебе не откажут. — Иллирио отвесил неуклюжий полупоклон. — А теперь, мой маленький друг должен меня извинить. Я имею честь являться одним из магистров этого города, и нас созвал на совет принц. — Он улыбнулся, продемонстрировав полный рот кривых жёлтых зубов. — Если хочешь, можешь осмотреть дом и окрестности, но не вздумай выбираться за стену. Лучше никому не знать, что ты был здесь.

— Был? Разве я куда-то ушёл?

— Об этом мы вдоволь поговорим сегодня вечером. Мы с моим маленьким другом вместе поедим, выпьем и обсудим великие планы, не так ли?

— Да, мой толстый друг, — ответил Тирион. «Он хочет использовать меня для своей пользы».

Торговые принцы Вольных городов всегда думали только о собственной выгоде. «Солдаты пряностей и сырные лорды», — презрительно называл их отец. Если как-то утром Иллирио Мопатис вдруг решит, что от мёртвого карлика для него больше пользы, чем от живого, то уже вечером Тирион вновь окажется упакованным в бочку. «Лучше убраться отсюда до того, как наступит этот день». Он ни капли не сомневался, что когда-нибудь такой день настанет. Серсея его ни за что не простит, да и Джейме не поблагодарит за стрелу в отцовском брюхе.

Лёгкий ветерок взволновал воду в пруду вокруг обнажённого меченосца. Это напомнило Тириону, как Тиша трепала его волосы во время ложной весны, когда они поженились, до того, как он помог отцовским солдатам её изнасиловать. За время своего бегства он часто думал о тех солдатах, пытаясь припомнить, сколько же их было. Казалось, уж это он бы запомнил, но нет. Дюжина? Две? Сотня? Тирион не мог сказать. Солдаты были взрослыми мужчинами, высокими и сильными… хотя карлику тринадцати лет отроду все взрослые мужчины кажутся великанами. «Тиша точно знала, сколько их было». Каждый должен был дать ей серебряного оленя, так что девушке оставалось просто их сосчитать. «Серебряный от каждого из них и золотой от меня». Отец настоял, чтобы Тирион тоже заплатил. «Ланнистеры всегда платят свои долги».

— Куда отправляются шлюхи? — Он вновь услышал голос лорда Тайвина и треньканье тетивы.

Магистр пригласил его осмотреть дом. В кедровом сундуке, украшенном ляписом и перламутром, Тирион нашёл чистую одежду, и, облачаясь, понял, что та сшита на ребёнка. Вещи были довольно дорогие, правда, слегка старомодные и скроены так, что штаны оказались велики, а рукава — коротки. А если бы у Тириона получилось застегнуть воротник — его лицо почернело бы похлеще, чем у Джоффри. Вдобавок, одежду побила моль. «По крайней мере, не воняет рвотой».

Своё исследование Тирион начал с кухни. Работавшие там две толстухи и поварёнок с опаской наблюдали за тем, как он накладывал себе сыра, хлеба и фиг.

— Доброго утра, милые дамы, — с поклоном обратился к ним Тирион. — Вы случаем не в курсе, куда отправляются шлюхи?

Когда те не ответили, он попытался перефразировать свой вопрос на высоком валирийском, хотя вместо слова «шлюхи» употребил «куртизанки». На сей раз повариха помоложе и потолще пожала плечами.

Ему стало интересно, что произойдёт, если он возьмёт их под руки и потащит в спальню. «Никто не посмеет тебе отказать», — заявил Иллирио, но что-то подсказывало Тириону, что толстяк не имел в виду этих двух поварих. Женщина помоложе годилась ему в матери, а та, что постарше, выглядела как мать первой. Обе были почти такими же толстыми, как Иллирио, с сиськами размером с голову Тириона. «Я просто утону в их телесах», — пронеслось у него в голове. Существовали способы умереть и похуже этого. Например, так, как умер отец. «Нужно было заставить его сперва сходить на горшок золотом».

Лорд Тайвин всегда был скуп на похвалы и привязанности, но неизменно щедр, если дело касалось золота. «Лишь одно на всём белом свете печальнее безносого карлика — нищий безносый карлик».