Пир с драконами полностью

Джон задумался, сколько же из тех человек собралось сейчас в подвальной трапезной. Какое-то мгновение мир балансировал на острие меча.

Затем Аллисер Торне убрал от меча руку и отступил в сторону, давая Скорбному Эдду пройти. Скорбный Эдд взял Яноса Слинта под одну руку, Железный Эммет под другую. Вдвоём они стащили его со скамьи.

— Нет, — протестовал Янос Слинт, у него изо рта падали кусочки каши, — нет, отпустите меня. Он же мальчишка, бастард. Его отец — предатель. На нем клеймо зверя, этот его волк… Отпустите! Вы ещё пожалеете о том дне, когда притронулись к Яносу Слинту! У меня есть друзья в Королевской Гавани. Я предупреждаю… — всё время, пока его не то вели, не то тащили к лестнице, он продолжал протестовать.

Джон вышел наружу, и следом за ним трапезная сразу опустела. У клети подъемника Слинт на какой-то момент вырвался и попытался завязать драку, но Железный Эммет ухватил его за горло и бил о прутья, пока тот не перестал сопротивляться. К этому моменту на улицу выскочили все, кто находился в Черном Замке. Даже Вель оказалась у окна, её длинная золотая коса была перекинута через плечо. Станнис в окружении своих рыцарей вышел на лестницу перед Королевской Башней.

— Если мальчишка думает, что может меня запугать, он ошибается, — говорил Янос Слинт. — Он не посмеет меня повесить. У меня есть друзья, влиятельные друзья, вы еще увидите… — остальное унес ветер.

«Это неправильно», — подумал Джон.

— Прекратите.

Эммет повернул назад, нахмурившись.

— Милорд?

— Я не буду его вешать. Приведите его сюда.

— Помогите нам Семеро, — услышал Джон выкрик Боуэна Марша.

На лице Яноса Слинта появилась улыбка не слаще прогорклого масла. Она исчезла, как только Джон сказал:

— Эдд, принеси мне колоду, — и вытащил Длинный Коготь из ножен.

К тому времени, как ему отыскали подходящий чурбан для рубки дров, Янос Слинт отступил в клеть подъемника, но Железный Эммет вытащил его наружу.

— Нет, — рыдал Янос Слинт, пока Эммет наполовину толкал, наполовину тащил его по двору. — Отпустите меня… вы не смеете… когда Тайвин Ланнистер об этом узнает, вы пожалеете…

Эммет пинком опрокинул его на землю. Скорбный Эдд поставил ему ногу на спину, не давая подняться с колен; Эммет подтолкнул чурбан ему под голову.

— Будет легче, если ты не будешь дёргаться, — предупредил его Джон. — Дернешься, чтобы избежать удара — смерть всё равно наступит, но она будет куда мучительнее. Вытяни шею, милорд.

Бледный утренний свет взбежал по клинку, когда Джон взялся за рукоять обеими руками и поднял меч над головой.

— Если у тебя есть что сказать напоследок, сейчас самое время, — произнес он, ожидая последней брани.

Янос Слинт вывернул шею, чтобы взглянуть на лорда-командующего.

— Прошу вас, милорд. Сжальтесь. Я… я поеду, я поеду, я…

«Нет, — подумал Джон, — эту дверь ты уже закрыл».

Длинный Коготь опустился.

— Можно я заберу себе сапоги? — спросил Оуэн-Олух, когда голова Яноса Слинта покатилась по грязной земле. — Они почти новые. Мехом подбиты.

Джон взглянул на Станниса. На мгновение их взгляды встретились. Затем король кивнул и ушел назад в башню.

Низко над туманным морем пробивался далекий слабый свет.

— Похоже на звезду, — заметила Арья.

— Это звезда нашего дома, — откликнулся Денио.

Его отец выкрикивал команды своим матросам. Те карабкались вверх-вниз по всем трем мачтам и реям, зарифляя тяжелые пурпурные паруса. Под ними внизу на два ряда весел налегали гребцы. Палуба галеаса качалась, поскрипывая, когда «Дочь Титана» взбиралась на гребень волны и переваливалась вниз.

«Звезда нашего дома», — Арья стояла на носу корабля, одной рукой держась за позолоченную носовую фигуру в виде девы с блюдом, наполненным фруктами. На долю мгновения она представила себе, что это впереди светит звезда ее дома.

Но это было глупо. Ее дома больше нет, ее родители мертвы, и все ее братья, кроме Джона Сноу на Стене, тоже. Туда она бы сбежала. Она и так уже упрашивала капитана и сяк, но даже железная монетка не могла его убедить. Арье, видимо, никогда не попасть в те места, в которые ей хочется. Йорен обещал отвести ее в Винтерфелл, но все закончилось тем, что она оказалась в Харренхоле, а Йорен в могиле. Когда она убежала оттуда в Риверран, ее захватили Лим, Энги и Том-Семерка и отвезли вместо этого в полый холм. Потом ее выкрал Пес и повез в Близнецы. Арья бросила его умирать у реки и направилась в Солеварни, надеясь добраться до Восточного Дозора морем, вот только…

«В Браавосе может и не так уж плохо. Сирио был из Браавоса, и Якен тоже может оказаться там же». — И это Якен дал ей железную монетку. На самом деле он не был ей настоящим другом, как например тот же Сирио, но что хорошего для нее сделали настоящие друзья? — «И пока у меня есть Игла, мне не нужны никакие друзья». — Обняв ее рукоять, она поставила большой палец сверху на гладкое навершие, загадав что-то… что-то…