Стабильности экосистемы Тегета угрожают заполонившие планету сурки. Для борьбы с ними разумные пресмыкающиеся решают использовать обнаруженных молодым биологом Зилли во время экспедиции на Землю людей каменного века. Но человек как вид развивается гораздо быстрее, чем могут представить себе тагалийцы…
Специально натасканный сниг жадно втянул воздух Земли. Он пробирался сквозь редкий кустарник, покрывавший склон холма, и его тупоносая голова поворачивалась то вправо, то влево. Отыскивая след, сниг тоскливо и вопросительно попискивал.
Те, кто натаскал его для этой работы, следовали за ним, распаренные полуденным солнцем, чуть более жарким, чем солнце их собственной планеты. Это были тагатлийки — существа, обладающие, подобно снигу, с которым они состояли в отдаленном родстве, шестью членами, но отличавшиеся от него прямой посадкой украшенной гребнем головы и передними конечностями с гибкими пальцами. Одна из них несла коммуникатор, связывавший разведывательную группу с десантным ботом, невидимым за лесистыми грядами, другая тащила газовое ружье. Группу замыкала Зилли — молодой и весьма перспективный биолог. Будучи единственным ученым в этом маленьком отряде, она ex officio[1] являлась его начальником.
Все три тагатлийки держались настороженно. Если карты не врали (старинные карты, полученные из Тегетского музея звездоплавания, где они пылились со времен Первой экспедиции на Землю, состоявшейся четыре столетия назад), то они находились в ареале обитания врага, ради поисков которого Вторая земная экспедиция преодолела расстояние, равное тридцати парсекам.
Шедшая первой тагатлийка с восклицанием показала вперед. Следуя за вопросительно попискивающим снигом, они взобрались на вершину холма. В котловине, полускрытые зелеными зарослями, густо покрывавшими берега ручья, что журчал неподалеку, стояло несколько конических построек, сооруженных, по-видимому, из шкур или материй, натянутых на шесты. В кустах что-то зашевелилось. Шорох стих, но тагатлийки чувствовали, что чьи-то невидимые глаза внимательно следят за ними.
— Зилли, кто это такие? — спросила тагатлийка.
Биолог помолчала, перебирая в памяти записи, которые когда-то изучала. Затем задумчиво проговорила:
— По-видимому, эти шатры построены теми двуногими, о которых Первая экспедиция сообщала как о виде, доминирующем на всех континентах планеты. Хотя их присутствие в данном районе не было зарегистрировано, но они могли мигрировать сюда позднее. Возможно, что они и не опасны, но бдительность не помешает…
Восторженный вопль снига привлек внимание разведчиц. Это приземистое существо на лопатообразных лапах перестало рыскать по склону холма и, остановившись у огромного валуна, с сопением обнюхало землю и принялось остервенело раскапывать почву. Тагатлийки заинтересованно сгрудились возле него.
Сниг перестал копать, что-то пропищал, и его тупоносая голова неуловимо быстро подалась вперед. Пятясь, он вылез из норы и задрал голову вверх. В мощных челюстях он держал вырывающуюся добычу, которую затем с гордостью преподнес Зилли.
Биолог взяла находку, зверек тут же укусил ее. Зилли перехватила животное поудобнее и внимательно рассмотрела. Похожие на бусинки глазки яростно сверкали на круглой пушистой головке с набитыми защечными мешками, толстенькое коричневатое туловище оканчивалось коротеньким хвостиком. Сурок брыкался и верещал, но, убедившись, что сопротивление бессмысленно, свернулся клубком.
Зилли тщательно, дюйм за дюймом, изучала облик зверька. Затем удовлетворенно кивнула тагатлийке с радиоприемником:
— Все в порядке! Передай им, что мы его нашли.
Через микрофон к десантному боту, а от него к звездолету, находившемуся на орбите, понеслась весть, что контакт с врагом установлен. С тем ужасным врагом, который заполонил всю планету Тегет, подрывая ее экономику, истощая ее ресурсы, и даже в эту самую минуту подтачивал своими бесчисленными резцами основу тагатлийской цивилизации.
С бота пришло подтверждение: «Отлично. Вылетаем».
Зилли как раз пересаживала сурка в клетку с частой сеткой, когда сниг вдруг подпрыгнул, издав печальный крик, предупреждая об опасности. Зилли обернулась и еле успела наклониться — стрела со злобным свистом пролетела мимо, отскочила от ствола и покатилась по склону.
Тагатлийка с газовым ружьем присела и вскинула свое неуклюжее оружие. С тихими хлопками снаряды взорвались в кустах на вершине холма. Послышался хруст ветвей, затем воцарилась тишина. В зарослях у ручья раздался хныкающий плач и тут же оборвался.
Тагатлийка осторожно поднялась вверх по склону, обходя кусты с наветренной стороны, чтобы не попасть в зону отравления, так как газ, хотя и был рассчитан на усыпление земных животных, мог все же произвести нежелательное воздействие и на организмы тагатлийцев, биохимически довольно близкие к земным.
Четверо нападавших лежали неподвижно на земле, в тех самых позах, в которых их поразил газ, и прерывисто дышали. Они были одеты в плохо выделанные звериные шкуры, а их копья и стрелы, схваченные в надежде защитить свои очаги от интервентов со звезд, имели наконечники из полированного камня.