— Хорошо, я дам вам доступ. Думаю, это никому не навредит.
Рю подошел ко мне и взял за запястье. Пульс у меня подскочил, а он криво ухмыльнулся.
— Не нервничайте так, иначе мне придется колоть успокоительное.
Я попыталась медленно дышать, но разум не обманешь — он видел в этом мужчине угрозу и посылал предупреждения телу. Рю нажал на кожу сильнее и от его пальца пошло тепло сотнями мелких вспышек. Я чувствовала, будто что-то горячее проникает в мою руку, и хотела отдернуть, но хватка у него была железная.
— Не шевелитесь, Элия, иначе рисунок не зафиксируется.
Он впервые назвал меня просто по имени, отчего мне стало совсем не по себе. Оно прозвучало слишком лично, слишком интимно, словно мы были партнерами. Ни Фай, никто либо из команды так его не произносил.
Отрицать было бесполезно — я чувствовала странную связь с этим мужчиной с самого первого взгляда.
Видимо, мой Обскур тоже уловил ток между нами и это его безмерно раздражало. Что ж на его месте я тоже бы не радовалась странному притяжению к своей «добыче».
— Все, теперь вы можете запрашивать у архивной системы корабля книжный материал.
Он быстро убрал руку и сразу же отошел обратно к двери. За эту дистанцию я была благодарна сейчас, потому что мой пульс просто взбесился, эхом отдаваясь в голове. Я посмотрела на странную вязь браслета вокруг запястья и тяжело сглотнула, перед глазами начало двоиться.
Я подняла взгляд на рунита и еле-еле выдавила из себя слова:
— Мне… нехорошо.
Дальше все было по стандартному сценарию для меня — сознание провалилось в знакомую тьму.
Зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь.
## 2
В этот раз я поняла, что мое восприятие изменилось: я будто чувствовала теплые потоки в воздухе. Они обвивали мою руку, обтекали тело, словно кокон. Самое странное началось, когда я решила произвести гигиену тела. Внутри каюты оказался санблок. Небольшой, с хорошей эргономикой, прямо как в буклетах для продажи билетов на лайнерах высокого класса. На обычном корабле, особенно для дальних перелетов, такой роскоши я никогда не видела. Уровень рунитов поражал: такое расточительство пространства, особенно для заложника… Хотя меня назвали гостьей, но я чувствовала давление, которое сжимало со всех сторон.
— Может, они — непростая команда?! — Глянула на свое запястье и вспомнила о доступе к информации. — Пора уже найти хоть что-то, чтобы прекратить накручивать себя домыслами.
— Система, хочу прочитать информацию об этом корабле, — я громко проговорила фразу куда-то в потолок каюты, надеясь, что угадаю с командой с первого раза. Не хотелось просидеть здесь весь цикл в попытке понять принцип подключения. Давать повод для насмешек над человеческой глупостью было не в моих интересах.
Система молчала. Я же села на кровать и вытянула запястье, рассматривая рисунок, из-за которого мне стало так плохо вчера. Теплые потоки медленно оглаживали кожу с вязью, и мне пришла мысль попробовать надавить на него. Может, мне стало дурно из-за внедрения инородного предмета?!
Рисунок слегка менялся, медленно перетекая в другой узор. Как только подушечка моего пальца коснулась странных чернил, браслет моментально ожил, потек быстрее.
— Хочу увидеть информационный архив, — проговорила в рисунок и представила нечто похожее на электронные файлы.
Узор забежал так быстро, что разобрать изменения уже было невозможно, но все равно ничего не происходило.
— Это издевательство какое… — пробубнила себе под нос и закрыла глаза рукой с узором. И сразу же в голове водопадом пошли слова, цифры, образы — весь информационный архив. Теперь у меня была другая проблема — как вычленить нужное. — История, — громко произнесла, и тот час же перед глазами всплыли три файла: на двух их них символы были не понятны. — Да, Эль, специально для тебя файлы продублируют на универсальном земном, — прошипела себе под нос, понимая насколько все плохо. Слова про «необразованную Элию» задели, но были правдой — языков я не знала, уповая на лингвабот, но лишь потому, что не никогда и не планировала покидать Пояс. Максимум чего я смогла бы добиться, так это повышения до майора оперативной группы патруля. Выше уже никто бы не пустил.
К рунитам я точно не собиралась.
Откинувшись на стенку кровати, я подобрала ноги и положила голову на колени. Отцу или Джону, моему брату, наверняка сообщили, что я погибла при исполнении. Теперь они получат крохи из страховки и запишут файл с моим трехмерным изображением на Стену Плача, ко всем тем бедолагам, чьи тела забрал космос и не вернул домой. От этих мыслей на меня накатила апатия, окутала ядовитым туманом и стала медленно переваривать. С этой небольшой кровати, запертая в каюте пришельцев, участь моя казалась предрешенной, а что хуже — управляемой чужой волей. Неужели это судьба?
Дверь в каюту открылась и вошел Фай, неся в руках два высоких термоса.
— Я пришел угостить тебя нашим горячим напитком и показать книжный архив.