ПираМММида полностью

Он уже хотел было улыбнуться Даше и сказать ей что-нибудь одобрительное, как вдруг улыбка замерла у него на губах. Он заметил краем глаза, как сидящие в ехавшей навстречу бээмвэшке четыре крепких короткостриженных парня в изумлении вытаращились на него и на Дашу, а поглядев в зеркало заднего вида, увидел, как бээмвуха резко затормозила и начала торопливо разворачиваться.

Пиздец! — похолодев, понял он и почувствовал, что сердце у него обрывается и проваливается куда-то в ледяную пустоту. — Ну, я и дурак! Нужно было спрятать ее. Хотя бы на заднее сиденье посадить.

Шансов уйти от мощного бумера не было никаких. Кучумов это прекрасно понимал.

Все дальнейшее словно слилось для него в одно единое длинное мгновенье.

Дикий скрежет тормозов, он выскакивает из своей старенькой «девятки», обегает ее, распахивает правую дверь, хватает ничего не понимающую и визжащую от ужаса девочку и грубо вышвыривает ее из машины:

— Беги отсюда!! Быстро!!!

Вскакивает снова в машину, разворачивается почти на месте, круто вывернув руль, и мчится, вдавливая до упора в пол педаль газа, все быстрее и быстрее, навстречу стремительно приближающийся, сверкающей на солнце иномарке.

Только лоб в лоб!! — успевает еще подумать Кучумов, прежде чем через секунду все тонет для него в чудовищном грохоте и грозном реве пламени.

— Папа, а тот дядя умер? — уже лежа в постели, спросила чистенькая, умытая и причесанная Даша, вопросительно и серьезно глядя снизу вверх на своего отца.

— Да, — помолчав, ответит тот. — Так получилось. Спи, Дашенька! Ты устала, тебе надо сейчас поспать. Спи.

И спросил у Люцифера Его Сын:

— И что будет дальше с той девочкой?

И ответил, усмехнувшись, Люцифер Своему Сыну:

— Ничего. Она вырастет, выйдет замуж, нарожает детей и забудет всю эту историю.

— Бред какой-то! — адвокат поднял голову и посмотрел на Паутова, как на полного идиота. — И кто будет эти Ваши бумажки покупать?!

— Послушайте! — с холодным бешенством прошипел тот. — Меня абсолютно не интересует Ваше мнение. Абсолютно! Меня интересует лишь: законна ли эта схема? Все!! А уж будут покупать или не будут — это не Ваше дело! Это Вас совершенно не касается. Вы мне только скажите: схема законна? Я уже битый час пытаюсь от Вас этого добиться!

— Ну, не зна-аю… — адвокат опять окинул задумчивым взглядом лежащие перед ним на столе бумаги. — Так… вроде… Так Вы говорите?.. — снова вопросительно взглянул он на Паутова.

— Еще раз повторяю, — терпеливо, в который уже раз начал свои объяснения Паутов, мысленно проклиная бестолковость своего собеседника и ругая его на чем свет стоит. — Я объявляю свои подписи произведениями искусств и начинаю торговать ими — продавать и покупать — по следующей схеме.

Сегодня продаю, например, по 10 рублей, покупаю по 9.90. Завтра: продаю по 10.10, покупаю по 10. Послезавтра: продаю по 10.20, покупаю по 10.10. И так далее.

С таким расчетом, чтобы цены за месяц выросли примерно в 2 раза.

Короче, торгую по принципу: сегодня всегда дороже, чем вчера.

Ну, чего здесь непонятного!!?? — не в силах больше сдерживаться, заорал он. — Извините… — тут же, опустив глаза и испытывая огромную неловкость, пробормотал Паутов. (Черт! Нервы!..) — Но я Вам это уже ну, раз пятый объясняю, ну, ей-богу!..

— А цены откуда берутся? — все так же спокойно и как ни в чем не бывало переспросил адвокат.

— Да я их сам назначаю! Просто объявляю — и все!

— Как это Вы можете «назначать цены»!? — удивленно вскинул брови адвокат. — Цены рынок назначает. Это бы и все так «назначали» и деньги лопатой гребли! — собеседник Паутова весело засмеялся, чрезвычайно, судя по всему, довольный собственным остроумием.

Паутов на секунду закрыл глаза. Ну, деби-ил!.. Ну, что за идиот!.. К другому, разве, пойти? Хотя этот — бывший следователь, сказали… Как раз по таким делам…