И, прежде чем я успел убрать руку, он наклонился и поцеловал кольцо. То же самое сделали и двое других. Когда они выпрямились, в глазах у них стояли слезы.
– Да поможет вам Бог, дон Джед, – сказали они на прощание.
Я опустился на стул и сидел так некоторое время, уставившись в бумаги. На глаза навернулись слезы.
Я знал, что я самый обыкновенный человек. К тому же американец, а не сицилиец.
Но для этих стариков я был Крестным отцом.