– Любовь – это узы, которые рвутся, а страх остается всегда. – Он снова замолчал и повернулся, предоставив камере свой профиль. Черты лица были округлыми, еще детскими, лишенными всякой дерзости. – Если у государя есть войско, это войско должно напоминать всем, что он злой, жестокий человек, иначе не удержать тебе войско целым, если не умеешь внушать страх. Все великие дела свершаются под воздействием страха, который ты внушаешь, порядок и повиновение держатся на страхе. Государь должен заставить подданных бояться, все увидят это и признают, и слава твоя пойдет далеко. – На слове “далеко” он впервые опустил глаза и ненадолго замер, тем самым давая понять, что закончил.
– Ну как, хорошо получилось? Выложим на Ютубе? – Голос Фьорилло застал Де Марино врасплох. Оказывается, он тоже остался, чтобы посмотреть.
– Молодец, Фьорилло. Ты меня напугал.
– У Макиавелли научился. Страх – лучшее средство в политике.
– Ладно, Фьорилло. Угомонись уже.
Николас стоял, прислонившись к стене. Вытащил из заднего кармана джинсов пару измятых листов.
– Макиавелли – это Макиавелли. А это Фьорилло. Хотите почитать?
Де Марино, не вставая с места, протянул руку, как бы говоря: “Давай сюда”.
– Почитаю. Это твой реферат?
– Типа того.
Николас отдал листки и пошел к выходу. Не оборачиваясь, поднял правую руку, прощаясь с учителем. Де Марино вернулся к просмотру, перемотал на несколько секунд назад: “…все увидят это и признают, и слава твоя пойдет далеко”. Улыбнулся, выключил все и начал читать реферат. Вот что написал Фьорилло. Ну или что-то подобное.
