— Я… У меня не осталось рабов. Ваши их освободили и скоро заберут. Увезут в Аратан. Просто… Просто они здесь работают, зарабатывают деньги… Всё совершенно добровольно… А нейросети им сменят… Потом. Мне так сказали…
— Хорошо. Я доволен. Заплати ей.
Я развернулся и не слушая аварца ушёл. Морг оказался недалеко. Здесь всё недалеко — станция небольшая. В морге тоже заправлял аварец в годах. По его профессиональному торжественно-скорбному виду сразу был виден похоронный агент.
— Я по поводу тела. — Ответил я на его безмолвный вопрос.
— Идентификатор, пожалуйста.
— Мой?
— Нет. Человека, по поводу которого Вы ко мне обращаетесь.
Я скинул ему умидин и через пять минут на один из постаментов дроиды привезли поддон с Умидой. Она была в своём скаыфандре. Вся нижняя часть у неё была раздавлена.
— Хотите попрощаться?
— Да.
— Пожалуйста. — Откликнулся аварец и отшёл. В морг зашёл ещё кто-то из наших, из аратанцев в смысле, но я видел только Умиду. Я подошёл к ней и сдвинул лицевой щиток. Лицо у неё было бледное, смертельно-белое, расслабленное. Глаза были открыты и безжизненны. Смотреть на них было выше моих сил. Я снял перчатку, положил ей руку на лицо и провёл вниз, пытаясь их закрыть. У меня не получилось.
— Давайте я помогу. — Оказался рядом похоронщик. Я кивнул и он ловко, аккуратно и уважительно глаза Умиде закрыл. Теперь лицо казалось спокойным, можно было подумать, что Умида спит.
«Спи спокойно, девочка моя». — Прошептал я про себя. Услышал меня похоронщик или нет — не знаю. Он тихо отошёл. Я стоял и смотрел на Умиду. «До встречи в лучшем из миров». — Снова прошептал я, окончательно прощаясь с женой.
Я пошевелился, оглянулся, нашёл глазами агента, и он сразу ко мне подошёл.
— Что дальше? — Спросил я его.
— Теперь нужно решить, что делать с телом. Оставлять его в Аваре… не советую. Я могу подготовить его к транспортировке.
— Да.
— Осталось понять, к какому похоронному обряду готовить.
— Э-э-э.
Для меня это тёмный лес. И мыслей у меня никаких не было. Нужно было что-то решать, но что? Похоже, похоронщик меня понял:
— Галифатка?
— Э-э-э. — Не сумел сразу ответить я на этот простейший вопрос.
— Извините, она родилась и воспитывалась в Галифате?
— Да.
— Могу порекомендовать кремацию. Пепел в герметичную капсулу. Капсула ожидается небольшая — он показал мне размер с трёхлитровую банку. Удобна для транспортировки.
— Да.
— Скафандр? В нём кремировать нельзя…
— Выкинуть. — Ответил я и аварец кивнул.
— Нейросеть, импланты?
— С ними кремировать можно?
— Да.
— Тогда кремировать.
— Присутствовать при кремации будете?
— Да.
Подъехал дроид. Избавил труп от скафандра, просто срезал его. Поддон поехал, мы с похоронщиком пошли следом. Поддон заехал в большую бочку. Через 15 секунд выехал. Бочка закрылась, просветлела, я мельком увидел Умидину руку и всё в бочке пропало в пламени. Минута, и всё кончилось. Бочка загудела и ещё через минуту агент взял в руки урну.
— Хотите забрать сразу? Или можно оставить здесь до востребования.
— До востребования.
— Хорошо. Последняя формальность. Для оплаты мне нужна Ваша подпись о проделанной работе.
Я заверил чек подписью Казак и текущим откликом нейросети.
— Это достаточно, чтобы в вашем Совете Капитанов не возникло вопросов? Может быть ещё укажете корабль?
— Корабля у меня больше нет. Можно сослаться на страничку вашего сайта?
Я открыл в локалке галонета «Розыск преступных элементов» и свою именную страничку. Цена на меня подросла. За живого давали 990 тысяч, за голову — 820.
— Вот. Это я.
— Конечно, лер. Этого более чем достаточно…
Я вышел из морга, остановился и написал Дьярви:
«Я всё. С Аязли и остальными нужно что-то делать?»
«Нет». — Откликнулся Дьярви. — «С ними всё в порядке. Я только Умиду тебе оставил. Приходи в Совет, будешь представителем нашего экипажа. Ты у нас заместителем Аязли был, так что самое то. А я с нашими так покручусь — для кошелька полезнее будет. В Совете смотри, слушай — будет что важное-интересное свяжись, с руководством не спорь, в конфликты не встревай, будет что по делу — говори, но не словоблудствуй. Разберёшься».
Совет располагался на планете. Лифт работал и я им без проблем воспользовался. Перед выходом из лифта стояла толпа совсем молодых аварок в оцеплении. Когда я вышел, их загнали в лифт сколько влезло, ну и пару сопровождающих десантников к ним в компанию, и лифт сразу ушёл наверх.
Я обошёл толпу, миновал какие-то утрамбованные развалины, и ко мне прицепился какой-то крупный галифатец.
— Эй, малец, блистающую хочешь?
— Что?
— Аристократку аварскую попользовать хочешь?
Галифатец мотнул головой, я обернулся и увидел бордель с распахнутой витриной. За витриной в главной приёмной был установлен сексодром. На нём — разложена аварка. Руки-ноги привязаны к креплениям на углах кровати. Аварка чёрная с краснотой — действительно блистающая. Молодая, но уже рожавшая, судя по раздавшимся бёдрам и крупной груди. На лице — презрительное отвращение.
— Нет. — Ответил я и собрался идти дальше.
— Я тебя не отпускал.
В ответ на эту реплику я снова повернулся к галифатцу.
