— Не могу поверить, что они позволили малышу напиться, — заметила она, усаживаясь в кресло напротив него.
Уинн взял салфетку и внимательно посмотрел на Зою.
— И все же тебе придется поверить.
— Только не надо никого наказывать, хорошо? — попросила она. В ее глазах отражалась тревога.
— Хорошо, — вздохнул Уинн, — хотя мне бы хотелось кое-кого проучить. Эти люди, в общем, у них было короткое детство, и многие из них прожили нелегкую жизнь. Они не видят ничего плохого в том, что мальчик попробует спиртное. Осмелюсь предположить, что Гриззард прав: Адам получил сполна за то, что напился.
Взгляд Зои смягчился, в нем появились веселые искорки, тревога оставила ее.
— Итак, твои сексуальные способности и страстные стоны твоей дамы сделали из тебя легенду, — поддразнила она его. — Полагаю, мы должны предоставить команде возможность и дальше восхищаться твоими успехами. — Она заперла дверь каюты и удобно устроилась у него на коленях. Его плоть мгновенно отсалютовала ей.
— С удовольствием уступаю твоей просьбе, Принцесса, — заявил Уинн, засовывая руки ей под рубашку.
— Теперь, когда мне удалось завладеть твоим вниманием, — она поерзала у него на коленях, — мне хотелось бы задать тебе несколько вопросов.
— Я знал, что твоя покладистость выйдет мне боком, — застонал Уинн, откидывая голову на высокую резную спинку кресла. — Так что за вопросы — можно подумать, что я ни о чем не догадываюсь!
— Их всего четыре, — промурлыкала Зоя.
— Я помню ответы только на три.
— Тогда вперед.
— «Уткотрахом» называют человека, ухаживающего за птицей, «Сэр Преподобие» обозначает «помет», «дерьмо». — Зоя кивнула. — «Хрен»…
— С ним я знакома. — На ее лице появилась озорная улыбка.
— Значит, тебе известно, что такое «матерь всех святых». — Уинну уже не на что было надеяться, но Зоя неожиданно для него покачала головой. — Странно. Скажем так: это женский орган, равнозначный мужскому…
— Понятно.
— Отлично. Теперь мы можем вернуться к тому, с чего начали. — Уинн ущипнул губами ее за шею.
— Нет-нет, — прошептала Зоя. — У меня есть еще один вопрос. — Уинн настойчиво продолжал ласкать ее. — Зачем тебе колошматить иезуита? Капеллан Эмонт показался мне очень приятным человеком.
Уинн громко расхохотался, и Зоя подскочила от неожиданности.
— В чем дело? — удивилась она.
— Капеллан Эмонт не иезуит, он принадлежит к другой религии.
— Но…
— «Колошматить иезуита» — значит… э-э… — Уинн замялся. Ну как попристойнее объяснить это? — Ну, это то, что делает с собой мужчина, чтобы облегчить душу, когда он долго не был с женщиной.
— «Ну вот, проскочили», — довольно подумал Уинн.
Зоя выглядела смущенной, но когда ее рука принялась через одежду гладить его твердую плоть, Уинн усомнился в том, что ее смущение было настоящим.
— Ты имеешь в виду, что они делают примерно так? — Она расстегнула пуговицу у него на талии и сунула руку в бриджи. Да, у этой чертовки ловкие пальчики!
— Именно так, — подтвердил Уинн, вытягиваясь в кресле.
— Бедный иезуит, — пробормотала Зоя. — Раз тебе известно, что случается, когда его побьют, давай посмотрим, как он отреагирует на поцелуй.
Уинн сполз еще немного и почти весь оказался под столом.
— Уверен, это кощунство, Принцесса, — дрогнувшим голосом прошептал он.
— Полностью согласна с тобой. Но для моего времени и для моей религии это не считается грехом.
— Повторяю еще раз: я приверженец логики, я дальновидный человек.
— Тогда скажи мне, что ты там видишь.
Зоя стянула с него бриджи, и Уинн сразу почувствовал своей разгоряченной плотью, какой прохладный воздух в каюте. Судорожно вздохнув, он попытался что-то сказать, но вместо слов из его горла вырвался похожий на ржавый скрежет звук.
— Можешь рассказать мне об этом позже, — предложила Зоя.
И он энергично кивнул.
— Уинн!
Зоя оторвалась от карт — она по крупному проигрывала Адаму — и посмотрела на Уинна, чья стройная фигура четко выделялась на фоне штурвала.
— Что, Принцесса?
— Вчерашний десерт был потрясающим.
Легкая улыбка тронула его губы.
— Обязательно передам коку твою похвалу.
— Я имею в виду не еду, — произнесла она с протяжным южным акцентом, столь характерным для мисс Скарлетт из «Унесенных ветром».
Уинн медленно повернулся к ней и широко улыбнулся.
— А я и не думал, что ты имеешь в виду еду, — проговорил он, и Зоя затрепетала от звука его низкого голоса.
«С какой легкостью он бросает меня из одного состояния в другое», — подумала она. Адам потянул ее за рукав.
— Ваш ход, Принцесса.
Зоя возобновила игру, но спиной она чувствовала взгляд Уинна, он словно проникал через влажную рубашку и обжигал кожу. Солнце палило нещадно, но у нее был целый тюбик защитного крема, который она, к счастью, бросила в сумку перед отъездом. Она намазала им и себя, и Адама. Уинну тоже следовало бы воспользоваться кремом, но у них с Адамом кожа была нежнее, поэтому они находились в более тяжелом положении.
Отложив тюбик, Зоя взяла в руки карты. Маленький мошенник выиграл у нее остатки жвачки и теперь пытался выиграть горку мармелада, который Уинн выдал ей для ставок. Ждать осталось недолго.