Пираты полностью

«Португальский галеон на пути из Малакки к Молуккам, находясь между островом Минданао и Целебесом, заметил со стеньги корабль; и, приняв его за испанский, поскольку дело было возле Филиппин, очутившись рядом, отправил по приказу капитана лодку, которую тащил на буксире, чтобы оказать помощь, предположив, что этот корабль сбился с курса. Приблизившись, они спросили капитана, но никто им не ответил, так как только два человека были видны на борту. Последние знаками показали, что им следует держаться подальше, и они, слегка напуганные, повернули к своему кораблю и рассказали капитану, что произошло. Поскольку корабль показался ему небольшим, он решил не обращать на него внимания, продолжив свой путь. С наступлением ночи англичанин пустился в погоню за его кораблем, посвятив часть ночи… приведению своих пушек в боевую готовность. Когда настал день, корабли находились на расстоянии лишь полулиги друг от друга, причем английское судно направлялось к галеону с поднятыми вымпелами и флагами. Очутившись на расстоянии слышимости, англичанин подал голос, говоря: «Капитан дон Франсиско де Парагон (Фрэнсис Дрейк. — Авт.), англичанин и лютеранин, приказывает вам убрать паруса и сдаться, а если вы немедленно не сделаете этого, он принудит вас к этому силой». Португалец, дивясь тому, что сказал англичанин, ответил, что они могут попробовать явиться к нему на борт, начав в то же время открывать порты и приводить в готовность пушки, имевшиеся у него. Англичанин начал стрелять в него, но поскольку он (португальский галеон. — Авт.) выглядел большим кораблем со множеством людей на борту, он (английский корабль. — Авт.), произведя семь или восемь выстрелов, продолжал держаться за пределами досягаемости пушек галеона… Сохраняя дистанцию, как уже сказал, корабль взял курс на юго-восток, в сторону Молуккских островов, и вскоре исчез из виду. На следующий день англичанин прибыл к Сиаго, где взял двух туземных рыбаков, которые, приняв их за португальцев, приблизились к ним. Они (англичане. — Авт.) знаками просили их показать им путь к Молуккам, и туземцы сказали, что они могут это сделать».

Факт встречи «Золотой лани» с португальским галеоном зафиксирован также в свидетельских показаниях Джона Дрейка. В то же время в воспоминаниях других участников экспедиции этот эпизод не отмечен. В отредактированной версии записок Флетчера говорится: «25 октября мы прошли мимо острова, называемого Талао, что на 3 град. 40 мин. Мы заметили к северу от него три или четыре других острова: Теда, Селан, Саран… В первый день следующего месяца мы таким же образом миновали остров Суаро, что на 1 град. 30 мин., и третьего ноября появились в виду Молуккских островов, как того и желали.

Это — четыре высоких остроконечных острова; их названия: Тернате, Тидоре, Мачан (Макиан. — Авт.) и Бачан; все они — очень плодородны и в изобилии покрыты гвоздикой, которой мы взяли для себя столько, сколько хотели, по весьма низкой цене».

В отчете Дуэньяса дальнейшие события описаны следующим образом:

«…Когда они (англичане. — Авт.) очутились возле Молуккских островов, один португалец отправился на небольшом судне, чтобы узнать, нет ли у них каких-либо припасов для этих островов; полагая, что это был португальский корабль, пришедший из Малакки, он, подойдя прямо к нему и поднявшись на борт, был весьма напуган при виде столь необычных людей. Англичане, однако, обошлись с ним хорошо… Они спросили его, где находится португальский форт, и он сказал, что очень близко. Среди прочего, расстелив перед ним навигационную карту, они спросили его, какое направление выбирают португальцы, когда идут в Малакку. Он ответил, что был рожден и воспитан на Тернате… и ничего не смыслит в навигации и навигационных картах… В это время корабль был замечен с Тернате, и король (султан Бабу. — Авт.) тут же отправил два судна узнать, что это за корабль и откуда он прибыл. Когда те выяснили, что они были не португальцами или испанцами, а англичанами-лютеранами… они вернулись к королю, и он тут же направил им приглашение сойти на берег, предлагая приют в порту и все необходимое, добавив, что им не следует идти туда, где находились португальцы (на Тидоре. — Авт.), так как у них там имелись галера и галеон, с помощью которых они способны были причинить много вреда».

Англичане очутились перед дилеммой, куда идти: на Тидоре или все же на Тернате? На последний их приглашал посланник султана Бабу. «Он уверял нас, что его властитель будет очень рад нам, сделает все, о чем мы его попросим, и что на слово его можно положиться, тогда как у португальцев, владеющих островом Тидоре, мы не найдем ничего, кроме обмана и коварства, — пишет Флетчер. — Кроме того, если мы отправимся на Тидоре, не побывав на Тернате, то на тернатского короля мы уже ни в чем не должны рассчитывать… Генерал решил идти к Тернате и тотчас по прибытии туда послал гонца к королю с бархатным плащом в подарок…