Тем временем люди, отправленные в Сан-Лоренсо, вернулись в Панаму с хорошей новостью. По их словам, два судна, вышедшие на поиски добычи, встретились близ устья реки Чагрес с испанским кораблем. Когда они начали преследовать его, капитан корабля, увидев над крепостью испанские флаги, опрометчиво решил войти в гавань. Там его и захватили. В трюмах призового судна обнаружили большое количество продовольствия, что привело сидевших на голодном пайке флибустьеров в совершенный восторг.
Узнав, что Сан-Лоренсо по-прежнему остается в руках его людей и гарнизон крепости обеспечен продуктами, Морган решил не спешить с уходом из Панамы. «В то время как часть пиратов грабила на море, — свидетельствует Эксквемелин, — остальные грабили на суше: каждый день из города выходил отряд человек в двести, и когда эта партия возвращалась, ей на смену выходила новая; все они приносили большую добычу и приводили много пленников».
Морган в своем отчете отмечал, что его летучие отряды уходили на двадцать миль в горы к северу и северо-востоку от Панамы, не встречая при этом никакого сопротивления. Да и сами испанцы признавали, что корсары перемещались по их стране с такой свободой, «словно они находились в Англии».
Проведя в Панаме больше трех недель и «добросовестно разграбив все, что попадалось ему под руку на воде и на суше», Морган отдал приказ готовиться к уходу.
Чтобы вывезти из Панамы всю захваченную добычу, Морган приказал каждому отряду достать мулов. Когда этот приказ был выполнен, адмирал велел заклепать все трофейные орудия и сжечь лафеты, после чего потребовал от испанцев внести выкуп за женщин, детей, монахов и негров-рабов. Голова каждого пленного испанца была оценена в 150 песо.
За два дня до выхода из города особый отряд отправился в сторону реки Чагрес на разведку. Ширились слухи, будто президент Панамы «собрал большие силы и устроил много засад, с тем, чтобы отрезать пиратам путь к отступлению». Однако тревога оказалась ложной. Разведчики, вернувшись к Моргану, сообщили, что не нашли никаких засад. Пленники, которых они привели с собой, признались, что дон Хуан «хотел собрать большой отряд, однако все разбежались, и его замысел не осуществился из-за нехватки людей».
14 февраля 1671 года войско Моргана вышло из Панамы, ведя за собой 175 мулов с грузом ломаного и чеканного серебра, а также заложников — от 500 до 600 мужчин, женщин, детей и рабов. В селении Вента-де-Крусес адмирал сообщил пленникам, что они должны уплатить выкуп в трехдневный срок, иначе он заберет их с собой на Ямайку.
Из «Правдивого отчета…»:
«Четырнадцатого февраля мы покинули Панаму и начали наш марш к нашим кораблям со всеми нашими пленными, и на следующий день примерно в два часа пополудни прибыли в Вента-Крус… Здесь мы оставались, восстанавливая наши силы, до двадцать четвертого числа, дав испанцам возможность выкупить пленных».
Из других источников известно, что, находясь в Вента-де-Крусес, флибустьеры захватили еще 150 пленников, за которых также потребовали выкуп.
«Вскоре Морган созвал своих людей и потребовал от них, по старому обычаю, дать клятву… что никто не утаит ни шиллинга, будь то серебро, золото, серая амбра, алмазы, жемчуг или какие-нибудь другие драгоценные камни, — продолжает делиться своими воспоминаниями Эксквемелин. — Правда, бывали случаи, когда люди давали ложную клятву; чтобы предупредить подобные происшествия, он после того как дана была клятва, обыскивал пиратов, причем обыску подвергались все до единого. Товарищи Моргана, и в частности капитаны, которым он сообщил о своем намерении, нашли, что обыск необходим. В каждом отряде был выделен человек для этой цели. Морган приказал обыскать и себя самого, а также всех капитанов, и чаша эта никого не миновала. Французские пираты были недовольны, однако их было меньше, и им пришлось смириться с обыском, хотя им было ведомо, что Морган именно французов подозревал в утайке ценностей. После того как все были обысканы, пираты сели на каноэ и на корабль, стоявшие на реке, и… прибыли в крепость Чагре, где все в общем было в порядке, плохо приходилось лишь раненым, которые вернулись туда после боя…
Когда Морган со своим отрядом прибыл в Чагре (26 февраля по юлианскому календарю. —
