– Зови меня Лесис, – наконец представился он, протягивая лапу. – Имя не настоящее – сценический псевдоним, но для удобства сойдет. С настоящим мне в этой части мира лучше пока не бродить. Что с твоим кораблем, мне ясно. Команда как?
– От меня все ушли, – пробормотала Джен и снова почувствовала, как в горле появляется кактус, но не карликовый, а настоящий сагуаро – однажды они набрели на его плантацию в Нижнем Кошачьем, и это было не какое-нибудь поле в пустыне, а вполне уверенный лес.
– Ой, да от меня сто раз все уходили! – беспечно взмахнув лапой, весело ответил Лесис. – Нет корабля и денег – они уходят. Появляются корабль и деньги – они возвращаются. Такой уж закон природы. Кстати, у тебя лыры есть?
Джен пожала плечами:
– Не знаю. А «лыры» – это что?
– Местные деревянные деньги. Я и сам сначала не знал. А потом у меня появилось их столько, что сундуков не хватало! Хочешь – с балкона швыряй, хочешь – камин растапливай. Ну как? Одолжишь, буквально до завтра, несколько лыр? Есть у тебя такие круглые деревяшки с дырками?
– Только круглые металлические с чеканкой…
– Жаль, очень жаль. Другие тут не в ходу. Да и на что они? Внешней торговли нет, связи с Большой землей – тем более. Сама видишь: морского пути не сложить – ни глубоких морей, ни приличных рек. Где тут поставишь порт? Про дороги и говорить нечего! Разве это дороги? А главное, и прокладывать-то их бесполезно, – с некоторым даже восторгом, если не с гордостью, заявил Лесис. – Год простоит – опять зарастет. Удивительное место! То лавина обрушится, то камнепадом завалит. И если счастливо избежишь землетрясений, непременно сойдет какой-нибудь сель… Так что о монетах Большой земли местные даже не слышали.
Джен улыбнулась: надо будет обрадовать Когтя – не такой уж он страшный. Денег с него не берут все-таки не из-за опасных когтей. Просто деревенские в толк не возьмут, что за кусочки металла он им пытается вручить.
Однако случайный знакомый интересовал ее все больше. Выходило, сам он не местный, но о Тысячегорье рассказывает так, будто знает получше коренного народа. Особенно интересно – про дороги. Он же сам сюда как-то попал? И, судя по теплому костюму, дорожному чемодану, отсутствию жилья и местных монет, как-то собирается отсюда уйти?..
– Значит, нет у тебя лыр, говоришь… Ну, нет так нет, – равнодушно продолжил Лесис. – Может, хотя бы еда у тебя есть?..
– Ну ты и забралась! Сто двенадцать ступеней! Вот уж точно – искать будут, а сюда не пойдут.
– Вообще-то, сто двадцать, – уточнила Джен.
Уж она-то эти ступени сосчитала не меньше трех дюжин раз!
– Ну, значит, сбился со счета. – Несмотря на долгий подъем с чемоданом, Лесис оставался бодр, весел и уже ощущал себя на маяке как дома.
Царственным движением он скинул красную попонку и, ловко вывернув ее наизнанку, накинул вновь – теперь на его плечах красовался плащ фокусника. Водрузив чемодан на стол, с азартом циркового артиста Лесис вытянул оттуда палку, оказавшуюся – хопля! – настоящей бамбуковой скатертью, парочку вышитых салфеток и – абракадарбра-бумс! – серебряные кольца для них.
Джен прыснула от смеха: в суровой, скромно обставленной обители маячника роскошные предметы выглядели неуместно, но, надо признать, запахло домашним уютом, радостью и волшебством.
Приложив палец к губам и озорно подмигнув, новый знакомый вновь углубился в чемоданные недра, – Джен на секунду показалось, он вытащит оттуда кролика, – и на столе появился миниатюрный чайный сервиз, включая едва умещающиеся в пальцах щипчики. Джен снова прыснула: ну откуда бы здесь взяться сахару и конфетам?
После обеда сытый Лесис прохаживался вдоль книжной полки.
– «Инструкция по содержанию маяка», – прочел он, знакомясь с истертыми корешками. – И как? Интересно?
– Не дочитала еще.
– «Обязанности Хранителя Света. Обеспечение горения огня. Хранение и учет инвентаря. Выявление поломок и ремонт…» – Лесис захлопнул книгу. – Хм… И что теперь? Останешься жить на маяке? Обменяешь морские приключения на уединенную жизнь, полную… «хранения и ремонта»?
Джен окинула взглядом содержимое маяка: чинить не перечинить! Говоря откровенно, она еще не думала об этом. Ни разу не смахивала пыль. Не порывалась снять паутину. Она вообще ничего не знает о маяках, кроме того, что известно всякому, кто находится в море. Однако идея показалась забавной.
– Стоит попробовать, раз уж существует инструкция! Все равно ничего не умею. Сухопутной селедкой вот так: «хопля!» и «абракадабра-бумс!» – не станешь. Даже по книгам не выучишь, как ею быть. Надо, наверное, вырасти на твердой земле, пожить, я не знаю, как-то, а не сбегать из пансиона на кораблях… – Джен встряхнула головой, как будто проснулась. – Так что, раз уж я выросла в море, а капитан из меня никудышный…
– Но ведь ты не уверена, что разбила корабль?
– Почему? – удивилась Джен. – Разбила, точно! Прямо всмятку! Да вон он лежит!
