Зрелище, увиденное мной на корме, повергло меня в глубокое уныние. Я ожидал увидеть пять-семь тяжелораненых, но их было много больше. Весь квартердек был заполнен лежачими бойцами - не меньше двадцати. Пара тяжелых черепно-мозговых - трупы без вариантов. Пятеро с открытыми травмами живота. У двоих сильное кровотечение и явно Гиповолемический шок (патологическое состояние, обусловленное быстрым уменьшением объема циркулирующей крови) - скоро отойдут. Остальные, судя по выделениям из ран с повреждениями желудка и кишечника - тоже не жильцы. Еще двое с ранениями в область груди. У одного из них кровь в ране алая и пузырится - Гемопневмоторакс (попадание крови и воздуха в плевральную полость) - этому тоже недолго осталось. Остальные с колото-резанными ранами, и глубоко засевшими стрелами. Раны не смертельные, если вовремя заштопать - прекратить кровопотерю, и правильно обработать. Пока проводил предварительную диагностику, подтянулись секретари с девчонками.
- Вова, бегом на камбуз, пусть вскипятят котелок забортной воды. А ту пресную, что вскипела, бегом сюда. Девчонки, долой доспех, сейчас я научу вас по-быстрому вытаскивать стелы, обрабатывать и зашивать раны, накладывать повязки. До новой атаки час, всех раненых починить не успею, так что за вами - легкие.
- Ты хочешь, чтобы герцогиня роняла свое достоинство, копаясь в ранах смердов?! - Брезгливо сморщив носик, ответила фройляйн, и добавила. - Чтоб меня прозвали Ингрид-коновал?!
- Да нет, наоборот! Ты будешь не только смелой воительницей и мудрой правительницей, но и матерью родной для своего народа. Только за это тебя могут канонизировать еще при жизни, и назвать Великой! Постой! Ты что...
Противные холодные мурашки, предвестницы бешенства, пробежали по моему телу, полутона исчезли, все стало абсолютно контрастным и черно-белым.
- Что ты сказала?! Смерды?! Ты, боевых друзей, которые пролили свою кровь за тебя, назвала смердами...
- Саня! Стой! Я не права! - В глазах фройляйн отражался неподдельный ужас. - Только ничего не говори! Я все сделаю, что ты скажешь! Не знаю, что на меня нашло, я...
Стараясь успокоиться, перевел взгляд на Марго, та была такая же испуганная. Вдруг подумал, что видел рыжих веселых и грустных, спокойных и возбужденных, даже в ярости - всяких, но вот испуганных не видел. Потом Марго мне сказала, что лицо у меня вдруг стало мертвенно серым и безжизненным, серая радужка стала огромной, а зрачок превратился в точку, и что она до этого не видела меня в гневе, и это было страшно. На примере раненого с колотыми и резаными ранами, в том числе от стрел провел экспресс-учебу "сестер милосердия". Пошагово показал, как обеззараживается и чистится рана, извлекается стрела, как накладывать швы, ... как накладывать повязку. Дал каждой попробовать шить рану, завязывать узлы, снабдил скальпелями, шовным материалом, бинтами, и отправил к легко раненным. Режу, штопаю, подбадриваю, шучу. Безнадежных, кто в сознании, накачал обезболивающим, Вова и Ваня ассистируют. Пока не знаю, как там с врачеванием у "сестер милосердия" но монолог от "сестры" Делики обнадеживал.
- Бля!... Терпи! Еще дернешься - отверну твою бестолковую голову! Или пришью к ней твою задницу! Замри, я сказала! ...
Следующим пациентом была амазонка Варя. Раны у нее были в основном незначительными - пара гематом, три царапины. Но обломанная стрела в бедре видимо повредила вену, и кровопотеря, судя по учащенному и нитевидному пульсу, бледности, полуобморочному состоянию, была значительной. Даже глаза как-то потемнели - голубой стал синим, а желтый приобрел невероятный оранжевый оттенок. Хорошо хоть одышки пока не было, иначе ситуация была бы критичной.
- Варя! Как-то часто мы с тобой встречаемся в последнее время. Признайся, ты специально прикинулась больной, чтоб опять обратить мое внимание на себя. - Амазонка что-то пробурчала в ответ. - Что?
- Ты еще и целитель, говорю. Дай воды. - Мой кивок и Вова подносит флягу с разбавленным вином к губам пациентки. Напившись, блондинка впивается в меня взглядом. - А еще ты оказывается повелитель молний!
- Мы все учились понемногу, чему-нибудь, и как-нибудь. - С улыбкой ответил я фразой Пушкина. - Варя потерпи чуток, сейчас будет больно. - Проталкиваю обломанную стрелу дальше, извлекаю ее с другой стороны бедра, зондом с тканью пропитанной антисептиком чищу рану, накладываю швы. - Все, расслабься, больше больно не будет, сейчас волью в тебя кровь Посейдона и будешь как новенькая.
- Я разбираюсь в ранениях и знаю, я должна умереть, если выживу - это будет чудо. Я раньше думала, что чудеса бывают очень редко. А вот ты состоишь только из чудес. Непобедимый воин, и военачальник, богат как царь, смел до безрассудства, при этом скромен как монах. Плаваешь, как рыба, все знаешь, все умеешь. Королева ловит каждое твое слово. Девочки еще узнали, что и императрица Византии бегала за тобой, как собачка и заглядывала в рот.
- Давай продолжай! - С улыбкой подбодрил я амазонку. - Люблю, когда правду говорят прямо в лицо.
