Писать нельзя молчать полностью

Писатель – это тот, кто пишет. И желательно пишет так, будто понимает, что он делает. А не просто буковки соединяет в слова и предложения.

В этом разделе я поделюсь некоторыми практическими наблюдениями из жизни автора: как писать диалоги и как побороть лень; кто такой «живой персонаж» и почему практика стоит поперёк теории.

Это опыт каждодневной работы над текстами, своими и чужими. Некоторые темы вызовут у вас улыбку, а другие – гнев. Призываю посмотреть на ситуацию с разных сторон, даже если по каким-то вопросам мы с вами категорически не сойдёмся.

Да, на все темы уже давно написаны самые разные, подробные и проверенные временем книги. Но иногда нужно сказать это в сотый или даже тысячный раз своими словами, чтобы донести простые, но ускользающие от понимания мысли. Я готов был опустить часть пунктов из нижеследующего списка, но мои друзья, коллеги и ученики просили рассказать и об этом.

Так что за половину из нижеследующего блока приносим благодарность окружающим меня людям. Пусть это будет на пользу.

И прежде, чем начать, ещё раз напомню: не всё будет легко принять. Пусть меня и вас поддержит на этом пути классик:

«Мне смешно вспомнить, как я думывал, и как вы, кажется, думаете, что можно себе устроить счастливый и честный мирок, в котором спокойно, без ошибок, без раскаянья, без путаницы жить себе потихоньку и делать не торопясь, аккуратно всё только хорошее. Смешно! Нельзя, бабушка. Всё равно, как нельзя, не двигаясь, не делая моциона, быть здоровым. Чтобы жить честно, надо рваться, путаться, биться, ошибаться, начинать и бросать, и опять начинать, и опять бросать, и вечно бороться и лишаться. А спокойствие – душевная подлость».

Лев Николаевич Толстой из письма тёте

1857 год, 18 октября

Что слышит студент любой специальности, особенно технической, когда закончил вуз и пришёл на работу? Верно: «забудь всё, чему тебя учили в институте». А также восклицания наподобие «чему же вас там учили?»

В писательской среде происходит то же самое: человек может годами изучать материалы, а писать так и не научиться. Даже профессиональный критик, который точно знает «как», не обязательно напишет что-то стоящее.

Опыт последних лет подсказал один принцип, который я применяю с теми, кто рискнул прийти ко мне учиться: дать сразу практику, чтобы человек почувствовал перо, начал и закончил историю, а лишь затем, когда в голову придут первые осознания, нагрузить необходимой теорией.

Аналогично учат мастера стрельбы: наставники дают новичку в руки пистолет и два магазина с патронами, после чего позволяют палить по мишени. Они следят только за безопасностью, но не пытаются научить стойке, положению рук. Только тогда, когда руки задрожали, начинают урок.

Получается подход: немного практики, потом теория, а затем снова практика.

Пример: книга Норы Галь «Слово живое и мёртвое». Потрясающее произведение. И скучнейшее, если автор ещё ни разу не пытался редактировать собственные тексты. Прополка синтаксиса, канцелярита и откровенной словесной чепухи происходит после того, как текст написан. Сначала мы исписываем десятки и сотни страниц казённым и скучным языком. Затем читаем Нору Галь. Хватаемся за голову и боремся со всепоглощающим желанием стереть весь текст нафиг.

Когда позыв на уничтожение рукописи преодолён, мы уже спокойно садимся и начинаем вычищать текст. Это занимает часы, требует концентрации и откровенно бесит. Приходится бороться с эго и с внутренним критиком. Или, не дай бог, с кем-то в реальном мире, если автор рискнул раньше времени поделиться текстом.

Однако работа даёт плоды: текст становится понятнее и образнее, мы начинаем замечать ошибки в своих и чужих текстах, постепенно появляется автоматизм при уборке самых ярких ляпов.

Если же попытаться впихнуть в себя всю теорию, а затем реализовать её на практике, выйдет в лучшем случае головная боль. Достаточно сложно одновременно удерживать в голове мысли типа:

• Пиши эмоционально и честно;

• Не забывай про грамматику;

• Не дай бог вставить клише про огненно-рыжие волосы;